Впервые с сотворения мира (эпизод второй)

Несколько космических ночей кряду Федору Черному снился один и тот же мучительный сон. Федор знал его наизусть, знал, что ничего страшного с ним не случится, но сновидение продолжало его терзать. Самое же удивительное было в том, что «сюжет» сна был заимствован его подсознанием у Артура Кларка.

Федор любил его рассказ «Игра в прятки», где космический крейсер охотился за человеком в скафандре на Фобосе. Казалось бы, борьба неравная: крейсер вооружен смертоносными торпедами, оснащен чувствительными приборами, способными обнаружить и более мелкие цели, чем человек в скафандре на поверхности небольшого небесного тела. Но человек в скафандре побеждает, благодаря своей недюжинной воле и смекалке, а командира крейсера еще много лет спустя тяготит сознание своей прошлой беспомощности.

В навязчивом сне Федор «играл» роль человека в скафандре. Командир крейсера охотился за ним, а он прятался от крейсера в расщелинах скал, в непрозрачной космической тени. И хотя Федор заранее знал исход поединка, этот постоянно возвращавшийся сон изнурял космонавта.

В иллюминаторы «Тунгуски» видны были яркие россыпи звезд. Корабль снова направлялся к поясу астероидов, имея на борту двух космонавтов, Хельгу Мельман и Федора Черного. Следом за ними, с отставанием в два дня, шел другой корабль того же класса — «Варнемюнде».

После памятного старта с Паллады Хельга и Федор провели на Земле около двух лет. Анализы пород, доставленных Хельгой и Федором из пояса астероидов, заставили сделать вывод, что гипотеза немецкого астронома прошлого века Ольберса верна лишь отчасти. Сотни тысяч астероидов, бороздящих просторы космоса, не могли быть остатками лишь одной когда-то погибшей планеты.

Образцы пород из пояса астероидов принадлежали разным небесным телам, сформировавшимся в особых для каждого условиях и разрушившимся при уникальных для каждого тела обстоятельствах. Где-то среди них кружили остатки легендарной планеты Фаэтон, каменные глыбы, составлявшие ее литосферу, и остатки металлического ядра…

— «Варнемюнде» к «Тунгуске»!.. — послышался из приемника чуть осипший мужской голос. Космонавт ГДР Людвиг Хенке интересовался делами на советском корабле. Потом спросил: — Когда может произойти первый контакт с астероидами?

— В прошлый раз, — неторопливо начал Федор, — контакт состоялся сразу же после того, как мы пересекли орбиту Марса. Произошло это примерно через три месяца после старта. Думаю, сейчас тоже не будет больших отклонений.

— Значит, уже скоро.

— Будем надеяться.

Людвиг был специалистом по космической сварке. Принимал участие в строительстве станции «Салют-главная». Его интересовали результаты исследований образцов пород, доставленных из области «рифов космоса» предыдущей экспедицией. Взахлеб читал научные статьи, трактовавшие о необходимости — в условиях близкого исчерпания земных ресурсов — проведения нового эксперимента по определению практических возможностей разработки полезных веществ в глубинах космоса.

…Экипажам «Тунгуски» и «Варнемюнде» ставилась практическая задача доставить на Землю вещество астероидов, представляющее ценность для экономики: редкоземельные элементы, кристаллы химически чистых соединений, драгоценные металлы. Именно в такой последовательности.

В целях экономии горючего и дефицитного места под ценный груз на обратном пути решено было, что на «Варнемюнде» полетит один Людвиг.

— Если нам встретится золото в достаточных количествах, — говорил Федор, — мы сможем привезти его столько, сколько его добывают на всей Земле в течение нескольких месяцев…

— А представь себе, что мы привезем полные отсеки чистейших кристаллов! — подхватывала Хельга.