Джо секунду помедлил, а потом добавил:

— Считайте, что рядовым критиком вы стали…

От неожиданности Нед не успел даже поблагодарить редактора, а тот уже дал отбой.

В субботу он купил «Литерари игземинер» в газетном киоске, неподалеку от Рокфеллеровского центра, и обнаружил свое творение на седьмой полосе. Он прочел его тут же, с жадностью впитывая каждое слово, будто не сам был автором. Удивительное наслаждение дало ему чтение первой публикации. Джо напечатал все как было, не изменив ни единой буквы. Молодец, старина Джо! Мы еще себя покажем!

Компания «Перколейтид коффи» была занята разработкой новой технологии изготовления растворимого кофе, рассчитанного на изысканный вкус. Напиток отдавал запахом пережаренного ячменя.

Неду приходилось работать сверхурочно, так что «Аваланш» временно простаивал. Нед, однако, вскоре обнаружил, что с уже приобретенным багажом знаний он чувствует себя намного увереннее в литературных делах. Несмотря на занятость, он даже сумел набросать черновой вариант статьи по поводу выхода в свет сборника стихов начинающего поэта из Новой Зеландии — Сэма Уайтхеда.

Сборник привлек его прежде всего необычным видом. Страницы не были сброшюрованы, а засунуты в обложку-конверт, так что их доставали наугад. Автора знала приятельница Неда — Сьюзен, с которой они вместе работали в «Перколейтид коффи». Она-то и передала Неду необычный сборник.

Молодой новозеландец, приехавший в Нью-Йорк учиться, читал стихи перед уличной толпой, перед случайными прохожими. Были там строки протеста против американской войны во Вьетнаме и в защиту прав аборигенов Новой Зеландии маори. Кому-то это не понравилось, молодой поэт был задержан полицией «за нарушение порядка» и провел ночь в участке.

Нед доработал рецензию на стихи новозеландца и показал ее Джо Хаулетту. Тот оказался вдруг совершенно несговорчивым. Тогда Нед отправился в редакцию «Букселлер уорлд». Там попросили оставить статью на несколько дней. По прошествии недели рецензию вернули без особых объяснений. Так Нед познакомился с одним из проявлений «свободы слова» в том виде, как ее понимали в некоторых редакциях Манхэттена.

Рецензия все же была напечатана. Правда, не в большой прессе, а в студенческом листке, издававшемся в колледже, где Нед когда-то учился.

…В декабре вдоль нью-йоркских улиц дул ледяной ветер. В витринах магазинов появились рождественские украшения. Сверкали серебристые елки. Круглые венки из еловых ветвей, перевитые красными лентами, почему-то казались Неду траурными. Между тем здесь они были привычными предвестниками Нового года. На Второй авеню бойко торговали настоящими колючими елками. Нед заметил, что столь же охотно покупатели брали и молодые сосенки.

В предрождественские недели ему легко работалось с «Аваланшем». У него было уже несколько блокнотов с заметками и идеями. В ближайшее время он собирался написать пять или шесть рецензий. И вдруг он понял, что не сможет сделать это быстро.

Печатал он медленно, по его собственному выражению, тремя пальцами. Диктовать машинистке — накладно, ведь нужно обдумывать каждую фразу. А что, если использовать электрическую пишущую машинку? Разумеется, модифицированную настолько, что она смогла бы заменить живую машинистку. Печатание должно осуществляться за счет электрических импульсов, генерируемых акустическими колебаниями. Самая сложная часть работы — именно преобразование звуковых колебаний, вызываемых голосом, в электрические. Словом, нужно было «научить» аппарат понимать речь и воспроизводить сказанное на бумаге. Нед провозился с электронной машинисткой полгода. Ему очень пригодилось знание компьютерной техники. «Аваланш» какое-то время бездействовал. Мисс Фостер в библиотеке загадочно улыбалась.