Пожалуй, Марк Твен, он как-никак американец и хорошо известен во всем мире. Нед понимал, какое психологическое воздействие будет оказывать робот на окружающих. Это должен быть андроид, решил он, почти неотличимый от людей, с которыми ему придется общаться. Важно, чтобы он вызывал у собеседников положительные эмоции.

Нед побывал в Даунтауне — той части Нью-Йорка, которая примыкает к порту и где расположено множество дешевых магазинов. В этой малопривлекательной части города жил его знакомый скульптор. За сходную цену он согласился сделать для Неда скульптурный портрет Марка Твена, необходимый для изготовления андроида.

Сьюзен наведывалась на 45-ю улицу, как и прежде гостила у Неда, но переезжать к нему отказалась:

— Я же давно сказала — или я, или твои электронные игрушки…

Вскоре после того как Нед перебрался на 45-ю улицу, ему позвонил домой Гарри Шутер и попросил зайти для важного разговора. Тон у издателя был суховатый, и потому Нед вошел в здание «Форин пресс паблишерс» с ощущением смутной тревоги.

Шутер начал без обиняков:

— Вы написали разгромную рецензию на новый сборник стихов Элен Нокс?

— Я написал о ней то, чего она заслуживает.

— Может быть, вы и правы, не спорю, сам я ее не читал. Конечно, вся эта модернистская поэзия… не вызывает у меня симпатии, — согласился Шутер. — Но издатель Майкл Карриган несет колоссальные убытки, не говоря уже о самой Нокс: сборник никто не покупает!.. Они вам этого не простят.

— Никто не заставит меня говорить и писать не то, что я думаю!

— Да, да! Свобода, равенство и братство! Родина или смерть!..

— Не нужно иронизировать, босс. Я достаточно серьезный человек.

— Ни на минуту в этом не сомневаюсь, Нед Джонс. Но не напакостил бы вам Карриган. Он мастер делать это через подставных лиц. Так что будьте осторожны. Мне хотелось бы работать с вами и дальше.

Нед даже не представлял себе меру той зависти, которую вызывал в литературном мире его успех, особенно среди критиков. Ничего хорошего не желали ему и авторы — прозаики и поэты, которым он повредил в литературных делах.

Многие поражались эрудиции, блеску, с которым написаны были без исключения все его статьи, обзоры и рецензии. Изумление вызывал необычайный и очевидный рост его профессионального мастерства. Начали поговаривать, что за этим кроется какая-то тайна. Но все это было из области догадок: Нед жил обособленно, никаких друзей и знакомых и прежде не приглашал в квартирку на 92-й улице. Не спешил он их звать и на новоселье. Сьюзен же была верным другом и умела хранить секреты.

…После разговора с Гарри Шутером Неда Джонса вскоре пригласили в отель «Нью-Йорк Хилтон» на банкет по случаю присуждения литературных премий «Америкен бук эвордс». К тому времени «Марк Твен» уже окончательно «родился», и у Неда возникла мысль взять его с собой на прием.

«Любопытно, многие ли догадаются, что „Твен“ — робот? — размышлял Нед. — Кто из приглашенных распознает в нем портретное сходство с популярным американским писателем? Внешность у андроида очень импозантная, однако кто помнит, как в точности выглядел подлинный Марк Твен?»

Такси доставило обоих к самому входу в отель, где был газон с искусственной изумрудной травкой, особенно разительной в середине зимы. В машине «Твен» держался так, будто всю жизнь только и делал, что разъезжал на званые вечера.