Рабы из лагерей строили свои новые дома, но их всё ещё было слишком мало. Сейчас здесь работала почти тысяча магов, и несмотря на приток рабочей силы они пока сумели обеспечить жильём лишь несколько сотен.

— То, что у тебя получилось, выглядит хорошо, но нужно, чтобы выглядело великолепно, — сказал Тирион. — Оно должно впечатлить жителей деревень, когда они его увидят.

— Оно должно быть функциональным, — возразил Раян. — У нас сотни людей каждую ночь спят в поле.

— Значит, тебе нужно больше рабочей силы, — подал мысль Тирион.

Раян покачал головой:

— У меня и так её слишком много. Я едва могу их всех пристроить к делу. Половину того, что они делают, приходится сносить, и строить заново. На их обучение уходит больше времени, чем я могу выделить. Если добавить ещё, то это лишь увеличит перенаселение.

— Не пытайся достроить город, Раян, — предостерёг Тирион. — Нам нужна лишь маленькая его часть, которая выглядит великолепно, и понравится жителям деревень, когда они придут посмотреть. Жить там никто на самом деле не будет.

Сын в фрустрации уставился на него:

— Тогда зачем ты попросил меня спланировать его целиком? Зачем мы разметили все эти улицы? Я просто впустую тратил своё время!

— Все эти линии говорят о будущих перспективах, — сказал Тирион. — Когда они увидят красоту, которую ты уже создал, верёвки покажут им размеры твоего виденья. Их воображение заполнит пустое поле новыми улицами и великим зданиями, покуда уже имеющаяся часть выглядит впечатляюще.

Раян потёр лицо, прежде чем уставиться на заходящее солнце. Он вспотел от послеполуденной жары, и от этого щетина на его щеках начала чесаться.

— Мне бы помогло, если бы ты раскрыл оставшуюся часть своего плана. Говоришь, никто не будет там жить? У меня в этих зданиях уже спит несколько сотен людей из рабских лагерей.

Тирион нахмурился:

— Так не пойдёт. Не хочу, чтобы они пачкали это место.

— Они — люди, — возразил Раян. — Ты не можешь вечно заставлять их спать на земле!

— Если у тебя их слишком много, чтобы приставить к делу, пусть начинают работать над стазисными ящиками для убежища, — сказал Тирион. — И перестань думать о них как о людях. Они немногим лучше животных. «Баратти» для них — весьма точное слово.

Раян отвёл взгляд, ему было не по себе от того, куда свернул этот разговор:

— Какими бы доходягами они ни были, если мы научим их делать стазисные ящики, то они смогут изготавливать их тысячами за короткое время. Эта работа не займёт их надолго.

— Мне нужно много ящиков, — ответил Тирион.

— Сколько именно? — спросил Раян.

— Чтобы хватило на всех жителей деревень, а когда закончите с этим — чтобы хватило почти на всех людей из рабских лагерей, — мрачно сказал Тирион. — Когда вы закончите, спать в этом городе-фарсе они не будут.

Его сын уставился на него:

— В убежище не влезет сотня тысяч человек, даже если ты планируешь их всех запихать в ящики.

— Убежище — только для людей. Рабов мы поместим в другие места… по крайней мере — на некоторое время.

— Это всё какая-то бессмыслица, — пробормотал Раян. — Если ты планируешь использовать их как солдат, то в состоянии стазиса они для тебя бесполезны. Почему бы просто не построить город? Ему не обязательно быть поддельным.