– Не думаю, – произнес он вслух, – что я влюбился в ведьму, которая может материализовываться и дематериализовываться, когда захочет. Вот уж никогда не казалось, что Хелен присущи такие качества! Но факт остается фактом – она была здесь. Вот кресло, в котором она сидела. Хелен обещала вернуться сегодня. Она любит меня или говорит, что любит, и это самое таинственное, что может быть. И пусть мое подсознание не подсказывает, будто мне все приснилось. Ведь Мастерсу же не приснилось!

Подобному философствованию Кит предавался во время душа, бритья и одевания. Однако встреча с Мастерсом по пути к завтраку вернула его к действительности.

Комната Мастерса находилась рядом с его спальней. Они встретились на лестничной площадке, окрашенной отблесками разноцветных стекол. Несколько секунд воспоминания о ночном переполохе заставляли их хранить молчание, подобно тому как люди во время похмелья стыдятся упоминать о своих пьяных буйствах.

Старший инспектор, казавшийся еще более желчным при свете солнца, выглядел при этом настолько утомленным и сбитым с толку, что вызывал жалость. Как бы подчеркивая то обстоятельство, что он в гостях, а не при исполнении обязанностей, Мастерс избавился от неизменного котелка.

– Только не говорите, – проворчал он, – что уже четверть двенадцатого! Я проспал!

– Я тоже.

– Но, учитывая обстоятельства…

Кит, который сегодня утром любил весь мир, улыбнулся и махнул рукой.

– Можете вы, наконец, поверить, что я не плету против вас интриг? – сказал он.

– Я вам верю, сэр.

– Что я ни разу не видел Хелен с четверга до тех пор, пока она не появилась в моей комнате прошлой ночью – в час? И я все еще не знаю, что с ней произошло. Кроме того, что она жива, а не убита, как вы, кажется, думали.

Они спускались по лестнице под красочными бликами цветных стекол в стрельчатых окнах над парадной дверью.

– Да, молодая леди жива. Но как насчет лорда Северна и сэра Генри Мерривейла?

Кит не ответил.

– Это, – продолжал Мастерс, вынимая из бокового кармана пару сложенных газет, – вежливо принесли мне на подносе вместе с утренним чаем. Несомненно, дело рук Бенсона. По-моему, молодой человек, пресса окончательно выжила из ума!

– Во всяком случае, сейчас у ворот толпа. Я видел ее из окна.

– Смотрите! Четыре экстренных выпуска сообщают, что, по сведениям из «надежных источников», сэр Генри взял бронзовую лампу и больше его не видели. В доме его нет. Где же он?

Они спустились к подножию лестницы.

– Только взгляните на заголовки! – Мастерс переложил газеты в левую руку. – «Вторая жертва». «Лорд Северн исчез». «Кто следующий?»

– Да, понимаю…

– Как, я вас спрашиваю, объяснить им, что леди Хелен Лоринг вовсе не жертва? «То есть как это?» – спросят они. «Я находился так близко, что слышал ее голос, а мистер Фэррелл разговаривал с ней. Но дело в том, ребята, что она снова исчезла».

– Звучит слегка невразумительно.

– Думаете, кто-нибудь проглотит такую чушь?

– Но ведь это правда!

– Знаю! Меня просто интересует, проглотят ли ее пресса, публика и, черт возьми, заместитель комиссара!

Кит покосился на него, стоя в теплом затхлом воздухе холла.

– В действительности вас больше всего беспокоит исчезновение Г. М., верно?

– Да, – признался Мастерс. – Как по-вашему, нам удастся в такое позднее время раздобыть какой-нибудь еды?

– Думаю, удастся.