– У меня к вам всего один вопрос, – он улыбнулся в ответ.

– Всего один?

Она казалась разочарованной.

– Это касается женщины, которую вы видели в день исчезновения Романа Вагнера из клиники.

– Да, но я уже говорила, что не могу как следует ее описать…

– Я помню, но у меня тут несколько фотографий, – быстро сказал Леонид, вытаскивая из-за пазухи конверт со снимками. – Не взглянете – вдруг узнаете кого-то? Вы художница…

– Любитель.

– И все-таки у вас наметанный глаз, и вы наблюдательны!

– Хорошо, давайте посмотрим, – согласилась Ружена.

Сначала планировалось показать ей только фото Луизы, но в последний момент Лера попросила продемонстрировать пациентке еще и снимки Ольги и Марины Вагнер, так как они тоже могли оказаться причастны к убийствам. Ружена долго рассматривала фотографии. Они попытались подобрать из социальных сетей наиболее официальные, те, где женщины изображены в деловых или выходных костюмах.

– Нет, – сказала она наконец, возвращая фотографии Коневичу. – Ни одна из этих женщин не похожа на ту, что я видела с Ромой!

– Вы уверены?

– Понимаете, та женщина… Она была, по-моему, моложе.

– Вы же не разглядели ее лица!

– Молодая женщина отличается от женщины в возрасте, даже если они одинаково одеты. Видите ли, есть такие детали – движения, походка, форма кистей рук, ноги… В общем, не они это, я почти не сомневаюсь!

Леонид был озадачен: неужели все это время они ошибались, подозревая Луизу в причастности к гибели мужа? Но она же приходила к нотариусу и разговаривала с его помощницей! С другой стороны, приходил и Эдуард: оба заинтересованы в том, что им оставил Карл, поэтому тут, пожалуй, нет ничего удивительного! Есть, конечно, и еще другое объяснение: кто сказал, что незнакомка, уведшая Романа Вагнера из клиники, его знакомая? Вдруг ее кто-то попросил, или нанял, или… Да-а, все сильно усложняется: похоже, придется искать эту женщину, только вот как и где?

* * *

– Какие глупости вы говорите!

Марина Вагнер была в ярости. Лера и не предполагала, что она способна на такие сильные эмоции: в прошлую встречу женщина показалась ей довольно спокойной. Однако сейчас все изменилось: матери впервые открытым текстом сказали, что ее сын входит в число подозреваемых, а его алиби оставляет желать лучшего, и она вышла из себя.

– Эдуард никого не способен убить, тем более собственного деда! – воскликнула Марина.

– Со всем уважением, никогда нельзя сказать, на что способен или не способен человек в определенных обстоятельствах! – возразила Лера.

– Зачем, зачем Эдику это делать, скажите?! Они с дедом прекрасно работали вместе… Да у них отношения были гораздо лучше, чем у моего сына с его отцом!

– Незадолго до гибели Карла Эдуард поссорился с ним из-за…

– Да в курсе я, из-за чего! – нервно перебила Леру Марина. – Мой сын всего лишь хотел немного самостоятельности – по-моему, он это заслужил, десять лет проработав бок о бок с дедом, вникая в детали, выполняя все его распоряжения. Он перерос это и решил, что может внести свой собственный вклад в бизнес. Карл был против, но Эдик не сомневался, что со временем сумеет переубедить его. Возможно, момент он выбрал неправильный: Карл как раз вписался в новый проект со строительством очередного ДПЛ… Если хотите мое мнение, ему следовало больше думать о семье, чем о каких-то неизвестных стариках, которым надо было позаботиться о старости до того, как она наступила!

Легко говорить, имея приличный кусок, отхваченный при разводе у бывшего мужа, а также успешного сына, который позаботится о тебе в старости! А вот Карл Вагнер думал о тех, у кого нет таких привилегий, и им тоже надо как-то жить, причем жить достойно, а не выживать.