– А Роман – нет, – продолжала Суркова. – Может, таким образом Карл пытался восстановить справедливость?

– Похоже, от отцовского наследства мало что осталось: Ольга вложила все в «бизнес», который прогорел. Карл не баловал внуков, хотя и платил за школу, дополнительные занятия Эльзы и лечение Антона. Ну и, конечно же, он их одевал-обувал, ведь Ольга сняла с себя ответственность за детей и живет себе припеваючи в новом браке.

– Хорошо, а что там с серьгой, найденной в машине?

– Этим занимается Логинов: шерстит скупки и ломбарды.

– Вы проверили шкатулку с драгоценностями Луизы?

Лера застыла. Черт, как она могла упустить такой важный момент?! Действительно, если серьга принадлежала убитой, то вторая должна быть в шкатулке!

– Сделайте это в самое ближайшее время, – посоветовала Суркова, по лицу собеседницы поняв, о чем она думает. – А как с алиби Романа Вагнера?

– То, что он рассказал, правда, – ответила Лера, радуясь, что хоть что-то может доложить. – Допросили проводников, и они запомнили его. Проводники не стали связываться, решив, что безбилетник под наркотой, и оставили его в покое.

– Что ж, уже хорошо…

– Звонил Коневич! – добавила Лера. – Он показал снимки Марины, Ольги и Луизы, но пациентка, видевшая, как Роман уходил из клиники с женщиной, не признала ни одну из них.

– Вот как?

– Она сказала, что та женщина была моложе. Конечно, могла и ошибиться!

– Могла, но не стоит игнорировать ее мнение, – возразила Суркова. – Какой у нее диагноз?

– Алкоголизм.

– Ну вот, заболевание не психическое, а это значит, что она вполне может оказаться права!

– Я тут подумала, Алла Гурьевна, что кто-то мог нанять девушку, чтобы выманить Романа с территории лечебницы, – поделилась своими соображениями с начальницей Лера. – Она может и вовсе не иметь отношения к семье Вагнеров!

– Согласна, и все же вы забыли о по крайней мере двух молодых женщинах, которые это отношение имеют!

– Вы о ком?

– Об Эльзе Вагнер и Дарье… ну, девушке Эдуарда, не знаю ее фамилии.

– Но Эльза еще ребенок!

– И кто-то вполне мог использовать ее втемную, вы об этом не думали? Что же касается Дарьи… Портрет охотницы за богатыми парнями, нарисованный вами со слов Марины Вагнер, характеризует ее не с самой положительной стороны. Конечно, Марина предвзята, и все же в ее суждениях может быть здравое зерно!

– Я уже думала, что Эдуард и Дарья имели возможность сговориться, – кивнула Лера.

– И обеспечить друг другу алиби! Этот вопрос непременно надо провентилировать, Лера, а еще нужно выяснить, есть ли у обоих алиби на день убийства Луизы. Судя по тому, что вы мне рассказали, на данный момент наиболее вероятными подозреваемыми являются трое. Первый – Эдуард Вагнер, ведь он по завещанию лишается всего, на что считал себя вправе претендовать! Знал ли он, что не приходится Карлу родным внуком, а также о том, что тот, несмотря на существенный вклад в бизнес, проигнорировал его в качестве наследника?

Лера молча кивнула, соглашаясь с аргументами Сурковой.

– Второй возможный подозреваемый – Антон Вагнер, – сказала она. – Он употребляет наркотики, а дед пытался его вылечить и ограничивал в деньгах, чтобы внук не мог покупать «дурь»: за одно это можно убить!

– Верно, а если он еще и выяснил, что не включен в завещание, мотив усиливается! Дед купил ему квартиру, но, полагаю, он рассчитывал на деньги, ведь ему нужно покупать наркотики, а денег-то как раз Карл его и лишил!

– Ну и третий подозреваемый опять же Роман, – завершила перечисление Суркова.