И вот злодей Гуго умер. Трое его сыновей не знали что делать. Они получили солидное состояние. Но против похорон Гуго в фамильном склепе были все жители округи и обещали, если сыновья нарушат желание жителей общины, то те разорят весь склеп. Местный викарий стал на сторону общины. И он даже написал епископу о невозможности погребения Гуго в священной земле.

– И что сыновья?

– Им пришлось смириться, мистер Мартин. И Гуго был похоронен в проклятой земле старого языческого капища. Нечистые останки упокоились в нечистой земле. И злодей Гуго не мог восстать из своей могилы. И он явился во сне к младшему сыну и проклял всех своих потомков до тринадцатого колена. Он наслал на них собаку Баскервилей, которая стала для них предвестником смерти.

– Это новое видение легенды, мистер Лайонс. Но позвольте вас спросить, а вам, зачем раскрывать могилу Гуго, даже если вы её нашли? – спросил Джеральд. Он пока не поверил в правдивость услышанной от Лайонса легенды.

– А вот это еще одна тайна, мистер Мартин. Но вы мне поклялись помочь, и я открою её вам. Я тринадцатый потомок Гуго. Я тот, кто может вскрыть его могилу и освободить мертвеца. А в могиле с Гуго лежит проклятое золото, к которому так и не посмели прикоснуться наследники. Но мне нужно не только золото. Я желаю быть тем, кто освободит мертвеца из оков. Пора злодею Гуго отправиться в Ад. Больше ему не место здесь. Ему и его адской собаке предстоит убраться.

– Вы сказали, что вы потомок Баскервиля?

– Да, сэр! Я также из рода Баскервилей! – заявил Роджер Лайонс.

– Но по какой линии вы потомок?

– Я сын Степлтона, сэр! Да я его сын от Лауры Лайонс! Они были любовниками, и от этой связи родился я. Вы же читали повесть мистера Конан Дойла о собаке? Даже там есть про связь моей матери и Степлтона.

– Но там ни слова нет об их сыне.

– И что с того? Доктор Конан Дойл просто не знал ничего о моем рождении. И я как раз тринадцатый, мистер Мартин. И на мне круг замыкается. Именно на мне. Я родился для того чтобы ликвидировать проклятие. Но вы, мистер Мартин, ждете от меня рассказа, о том кто убил баронета? Вам ведь не сильно хочется знать древние легенды. Вам подавай то, что случилось в Баскервиль-холле недавно. Разве нет?

– Да. Мне хотелось бы об этом услышать.

Джеральд был поражен заявлением Лайонса. Мог ли он быть сыном Степлтона? В письме незнакомца к Степлтону в США, было сказано о его сыне. И там говорилось, что у этого сына имеются в Девоншире владения. А связь между Степлтоном и миссис Лаурой Лайонс была! Так отчего же Роджер Лайонс не мог быть Баскервилем?

– Так вот, мистер Мартин. Миледи Баскервиль-Воган знала о моем рождении и знала кто мой отец. И она знала, что я занят поисками могилы Гуго. Тревожило её еще и то, что её муж Генри Баскервиль слишком увлекся легендами о собаке. И мой отец в Америке также увлекся ими.

– И что? Это ведь не повод для убийства вашего отца и сэра Генри.

– Вы снова не знаете всего, но спешите делать выводы, сэр! Миледи Баскервиль-Воган желала одного – дабы наследником стал её старший сын Чарльз!

– Но он и так наследник имени, титула и имения по закону, мистер Лайонс.

– Вы так думаете, сэр? А что если я вам скажу, что мистер Чарльз не сын сэра Генри и не Баскервиль по крови?

– Что? – изумился Джеральд.

– А то, что леди прижила сего сыночка не от мужа. Во время кругосветного круиза, она сумела обмануть баронета и забеременела не от него.

– Что?

– То, что я сказал.