|
Скорее он попытался развенчать веру в существование связи между культом Атона и Богом Библии. Поскольку Бадж обладал авторитетом несравненно большим, чем Уэйгалл, взгляды первого вызвали серьезный интерес, а дальнейшие попытки установить связь между Моисеем и Эхнатоном воспринимались скептически. Сложившуюся ситуацию смог изменить психоаналитик Зигмунд Фрейд. В середине 1930-х гг. он заявил о возможности подобной связи в двух обширных статьях, написанных им специально для немецкого журнала «Имаго» и легших в основу еще более обстоятельной книги «Моисей и монотеизм», которая впервые была опубликована в 1940 г. Достигнув к тому времени почтенного возраста и снискав уважение, достойное основателя современной психологии, Фрейд высказывал предположение, что Моисей был египтянином при дворе Эхнатона. Он привел несколько поразительных доказательств в подтверждение своей теории, указав, например, на то, что еврейское слово «Господь» — «Адонай», или «Адон», если записать его по-египетски, превращается в слово «атон», то есть в название солнечного диска. Это наблюдение обретает глубокий смысл в контексте 12-го стиха 12-й главы Книги Исхода, в котором говорится о массовой гибели первенцев среди египтян в ночь накануне еврейской Пасхи: «над всеми богами Египетскими произведу суд. Я Господь». Если «Господь», т. е. «Адонай», заменить словом «Атон», то цитата будет выглядеть так: «над всеми богами Египетскими произведу суд: [ибо] Я Атон».
Источник сведений Картера В главе 14 уже говорилось о том, что Картер угрожал предать огласке содержание папирусных документов, найденных в гробнице Тутанхамона и донесших до нас «подлинный отчет… об Исходе евреев из Египта». Показательна сама дата столкновения с Британским представительством, свидетельствующая, что у Картера было достаточно времени, чтобы прочесть и осмыслить опубликованную предыдущей осенью книгу Уэйгалла «Тутанхамон и другие эссе». Как бы то ни было, эта книга, которую можно признать как исторически корректной, так и нет, содержала новые убедительные сопоставления периода жизни Моисея с Амарнским периодом и, как уже говорилось выше, провозглашала «Тутанхамона фараоном, при котором Моисей вернулся в Египет и организовал Исход для своих порабощенных соотечественников». Мог ли Картер не знать о существовании гипотезы, что Тутанхамон был Фараоном Книги Исхода? Почти с полной уверенностью следует ответить: «Нет, не мог». Даже если бы книга Уэйгалла вызвала у Картера ярость, он все равно хотя бы пролистал ее перед отъездом в Египет в ноябре 1923 г. или же во время сезонных раскопок 1923–1924 гг. Если бы даже Картер не захотел прикасаться к книге, то вынужден был бы сделать это, чтобы проверить, не содержатся ли в ней какие-нибудь материалы или фотографии, на которые распространяется его авторское право.
Влияние Уэйгалла Можем ли мы представить, как Картер пролистывает страницу за страницей популярный том Уэйгалла и вдруг останавливается, чтобы прочесть раздел, посвященный связи истории Манефона об Осарсифе-Моисее с Амарнским периодом? Задумался ли Картер над тем, что события Исхода могут иметь отношение к царствованию Тутанхамона? Стал ли в его мыслях складываться рискованный план, как использовать эти новые взгляды на библейскую историю, чтобы припугнуть Британское представительство в Каире и принудить его выполнить требования Картера? Если так, то, быть может, папирусов, повествующих об Исходе, никогда не существовало? Может быть, Картером завладела мысль прибегнуть к чудовищному обману, возникшая после прочтения им соответствующих страниц книги Уэйгалла? Мы могли бы согласиться с этим предположением, если бы его не опровергали веские факты. Почему Картер всерьез отнесся к идеям, которые, должно быть, высказывал Уэйгалл? Картер горячо презирал его и едва ли стал бы сторонником выдвинутой им теории, в соответствии с которой в повествовании Манефона каким-то образом сохранилось древнеегипетское истолкование событий, описанных в библейской Книге Исхода. |
