|
Именно это, а не массовый Исход из Египта и последующие сорок лет скитаний в пустыне и вооруженная агрессия против хананейского народа Палестины, и явилось корнем происхождения израильтян. Подобные библейские предания и истории следует рассматривать как фольклорные легенды, способствовавшие формированию у жителей Иудеи этнической самоидентичности. Еще более важно, что завет, заключенный между Иаковом и Яхве, трудно рассматривать как нечто большее, нежели оправдание израильской оккупации Ханаана, созданное теми, кого следует считать истинными авторами Ветхого Завета. Таково мнение минималистов, отражающее типичный подход к истокам этнической самости и культуры израильтян.
Истинный Израиль Однако свидетельство, представленное в этой книге, — что коренные жители Сеира-Едома, шасу, — предшественники идумеев Библии, — может служить ключом к объяснению развития израильского народа в эпоху конца бронзового века. Именно шасу, по-видимому, были первоначальными поклонниками культа Яхве, бывшего в древности горным богом и имевшего атрибуты быка и луны, которого почитал племенной союз, ядром коего служили египетские пассионарии, по всей вероятности, бывшие жрецы и последователи культа Атона. Израиль, упомянутый на Стеле Победы, — это почти наверняка верховный клан шасу, названный по имени своего основателя, которым мог быть Иаков, внук Авраама. А если так, то постепенное распространение израильтян по Палестинскому нагорью в тот период можно рассматривать как память о миграции племен шасу в те же самые регионы, как говорится в египетских текстах XIX династии, ок. 1308–1194 гг. до н. э. Ученые-минималисты утверждают, что нет никаких свидетельств Исхода или завоевания Ханаана. Однако внимательное изучение сведений об Исходе в египетских, греко-египетских и греко-римских текстуальных источниках говорит об ином. Они излагают совершенно иную историю и указывают, что число участников Исхода было гораздо меньшим, чем «до шестисот тысяч пеших мужчин, кроме детей», которые, по свидетельству Книги Исхода, покинули Египет. Число беженцев вряд ли превышало несколько тысяч или даже несколько сотен человек смешанного египетского и азиатского происхождения. Это — одна из причин, почему археологи до сих пор не нашли никаких следов присутствия израильтян в пустыне. Другая — тот факт, что ученые искали такие следы в местах, связанных с израильтянами согласно местной традиции. Как мы уже видели, когда обсуждали кандидатуру Джебель Муса, предполагаемое местонахождение горы Синай в южном Синае, и Эйн эль-Кудейрат — излюбленные археологами места древних Кадеса в пустыне Негев, фольклор может порой быть весьма обманчивым. Как пытаются доказать авторы, библейский рассказ о странствиях израильтян в пустыне ведет нас прямиком в Петру через Элим, современный Эйлат, на берегу Акабского залива. Более того, уход израильтян из Кадеса, их долгое блуждание по горной гряде Сеир, чтобы обойти Царский путь в Едоме (Идумее), и их продвижение вдоль Вади Арабах к берегам Мертвого моря и земли Моав — все это имеет вполне резонное географическое объяснение. Если бы не существовало ни Исхода, ни скитаний в пустыне (какова бы ни была их истинная продолжительность), зачем было бы создавать столь точную картину странствий Израиля в этот период? Мы не утверждаем, что рассказ Библии точен во всех деталях, ибо очевидно, что это не так. Однако есть все основания видеть реальную историческую основу за всеми этими историями, в контексте которых Библия стремится поведать нам о происхождении израильского народа. Вплоть до сегодняшнего дня ученые-библеисты считали, что особые отношения израильтян с Богом обеспечивали им особый взгляд на жизнь. Это приводило к целому ряду ложных находок, якобы подтверждавших присутствие израильтян в ключевых местах археологических раскопок в Палестине. По мнению авторов, было бы более целесообразным искать следы распространения и влияния полукочевых племен — выходцев с горной гряды Сеир. |
