Одним глотком допив пиво, Скайт поставил кружку на стол и, перешагнув через тела, направился к выходу.

— Постой! Это еще не все! — раздался сзади голос, принадлежащий здоровяку.

Скайт остановился и, прежде чем повернуться на окрик, спросил, обращаясь к Дерку:

— Ну почему я должен тратить свое время на такую мразь?

Скайт повернулся. Здоровяк, широко расставив ноги, стоял посреди раскиданной мебели. Кобура его бластера была расстегнута. Притихшие посетители «Адмирала Армора» попятились в стороны, покидая сектор за спиной здоровяка. Кто-то принялся делать ставки: ставлю червонец на Пита… Ставлю на Пита двадцать… Десять на парня в куртке… Двадцать на Пита… Двадцать пять на Пита…

— Ты сам напросился, парень, — зло сказал здоровяк, нервно сжимая и разжимая пальцы над рифленой ручкой своего оружия.

Его намерения были слишком серьезны, чтобы оставить их без внимания.

— Приятель, — Скайт попытался решить миром возникшую ситуацию, — мы повздорили, с кем не бывает.

— Вынимай свой бластер, или ты боишься показывать его на публике, так как у него короткий ствол? — мерзкая улыбка исказила лицо здоровяка.

Скайт поморщился, ему чертовски не хотелось этого делать, но он все же был вынужден расстегнуть кобуру своего «Дум-Тума». «Дум-Тум» — знаменитая своей надежностью и мощью марка бластера.

Здоровяк уже предвкушал триумф, как кто-то из толпы тихо произнес, чтобы он смог это услышать:

— Это же Скайт Уорнер — последний капитан пиратского корабля «Валрус». — По толпе пошел возбужденный говор. — Тот самый?! Точно, это он! Сто на Скайта! Сто пятьдесят на Уорнера. Двести на Скайта…

Пит все слышал, он и сам прекрасно знал, кто такой Скайт Уорнер, и вот теперь Пит видел этого человека перед собой. Скайт стоял напротив, и его рука нависла над рукояткой того самого бластера, которым, по слухам, был убит сам Браен Глум. Пит нервно сглотнул образовавшийся в горле ком. Пит был отчаянным и бесстрашным парнем, но не настолько же!

Скайт уловил перемену в настроении своего противника и воспользовался моментом:

— Приятель, будем считать это недоразумением?

— Да, — с радостью уцепился за возможность решить проблему мирным путем Пит.

— И что ты теперь думаешь о моем бластере?

— Это самый мощный бластер…

Пит осекся, не закончив фразу до конца. Он понял, что это не те слова, которые должен сказать в сложившейся ситуации. В помещении бара повисла напряженная тишина. Два десятка человек, замерев, смотрели на него, Пита — самого крутого парня в районе и ждали, что он скажет. Пит сейчас бы многое отдал, чтобы поменяться местами с Лоренцо и Джоном, трусливо притихшими на грязном полу «Адмирала Армора». Жизнь — очень ценная штука…

— Я был не прав, — застегивая кобуру и опустив глаза, выдавил из себя Пит. — Приношу свои извинения.

— Я принимаю их, — ответил Скайт. По толпе прошел гул разочарования.

— Возможно, кто-нибудь из присутствующих здесь джентльменов хочет поменяться с Питом местами? — поинтересовался Скайт у народа.

Желающих не было.

— Хорошо, — застегивая кобуру, сказал Скайт, — если у кого-нибудь возникнет желание подраться, вы знаете, к кому обратиться…

Раздался глухой удар, и все услышали характерный звук падающего тела. Это Дерк Улиткинс нанес удар рукояткой своего бластера по голове здоровяка. Массивное тело Пита упало под стойку, где уже находились его компаньоны.

— Это было совсем ни к чему, — недовольно заметил Скайт.