– Оун! – Кар поспешил догнать колдуна. – Много их здесь?

– Около двух тысяч.

– А вас?

– Если тебя это так интересует – тысяча восемьсот двадцать девять человек Владеющих Силой. Не считая детей.

– Не боитесь, что рабы восстанут, как случилось в Империи?

– Нет. Мы приняли необходимые меры предосторожности. То, что случилось, не повторится.

Едва Кар шагнул из-под каменных сводов наружу, с неба обрушился Ветер. Огромные когти взрыли землю. Грифон приветственно заклекотал, потянулся навстречу. Как всегда, заглядывая в его черные с искрами глаза, Кар окунулся в солнечное счастье. Рассмеялся, не думая о стоявшем за спиной Оуне.

«Я ждал тебя. Тебе было плохо», – сказал Ветер.

«Все хорошо. Не волнуйся, Ветер. Тебя хорошо приняли?»

Грифоний клюв коснулся волос, и с касанием пришли картины: ящерица размером с теленка, с бесполезными крыльями по бокам, светловолосые мужчины ударами топоров перерубили ей хребет. Тонкую блестящую шкуру сняли – Ветер вместе с сородичами наблюдал за работой, – а мясо отдали грифонам. Другие позволили насытиться гостю и потом только склевали остатки. Ее мясо было нежнее, чем у любого животного, до сих пор попадавшегося Ветру. Потом грифоны кружили над долиной, и Ветер с ними, греясь в солнечных лучах и ловя отголоски мыслей Кара. Потом пришла боль, боль Кара, и Ветер чуть не сцепился с другими грифонами. Теперь снова все хорошо…

«Мы останемся здесь?» – спросил грифон.

«Пока – да. Или ты не согласен? Хочешь улететь?»

«Я буду там, где ты. Мы – вместе».

«Да».

Кар постоял еще, уткнувшись лицом в теплые перья, и вернулся к Оуну. Грифон подпрыгнул, изящно, как огромный кот. Распахнул крылья, набирая высоту.

«Мы – вместе!» – донеслось издалека.

Мимолетная улыбка – и Кар снова надел маску светского безразличия. Кто бы мог подумать, что в племени колдунов пригодятся старые придворные навыки?

– Благодарю вас, Оун. Теперь я готов предстать перед Советом.

Колдун молча зашагал обратно. Лестница, длинный коридор с боковыми ответвлениями, еще одна лестница – бесконечно длинная, уводящая на самый верх.

– Как ты покорил этого грифона? – спросил вдруг Оун.

– Я не покорял его. Я… Он съел моего коня. Так мы встретились.

– И что произошло?

Кар пожал плечами.

– Мы узнали друг друга.

Оун резко остановился.

– Между вами возникла мгновенная связь?

– Да… Наверно. Я не думал, что это такое.

– Ты дикарь, – растерянно, почти жалобно произнес Оун. – Ладно, пусть наполовину дикарь. Ты не мог этого сделать!

Его упрямство позабавило Кара.

– Я и не делал этого – нарочно. Само вышло.

– Бессознательное использование Силы? Да понимаешь ли ты, что говоришь, дикареныш?!

Кар снова пожал плечами. Он едва сдерживался, чтобы не расхохотаться.

– Не понимаю. Это вы говорите, Оун, не я.

Мгновение колдун сверлил его возмущенным взглядом, потом фыркнул и отвернулся.

– Тебе туда, – махнул он на занавесь, отделявшую широкий, увенчанный аркой вход. – Поторапливайся, тебя ждут.