— Пойдем! — приказал дьявол-хранитель.

Ему нельзя было не подчиниться. И я пошел. Ни одной ледяной глыбы! Ни одного вмороженного в них! Все сразу пропало… а точнее, все осталось где-то в другом пространстве, а мы сами вышли из него.

— Ты хотел познать наш мир, смертный? — вопросил хранитель. — Ты познаешь его. Познаешь, ибо познание это будет еще одним мучением для тебя, еще одной пыткой!

— Ничего не боюсь! — прохрипел я.

— Тогда убей мучителя своего! — заорал вдруг зверски дьявол.

И предо мною объявился старикашка-колдун — жалкий, ободранный, измученный, с перебитыми, изгрызенными руками и ногами, с вытекшим глазом. Он не мог говорить, только мычал жалобно и скулил.

— Редко в нашу обитель попадают живые, — пояснил дьявол-хранитель совсем тихо. — Но раз уж попался, так пускай проклинает свою судьбу. Убей его!

— Нет, — еле слышно ответил я.

Старикашка подполз к моим ногам и принялся целовать их, облизывать. Струпья падали на его лысину, черная кровь сочилась по спине. Но он ничего не замечал. Он не хотел, чтобы его убивали. Всесильный колдун! Мой бывший всевластный хозяин!

— Он мучил тебя и издевался над тобою! Он превратил тебя в зомби! — рычал дьявол. — Ты про все забыл?! Отомсти же своему врагу лютому!

— Нет, — ответил я.

И со всей силы пнул ногой жалкого старикашку — его холуйство и низость оскорбляли меня. И конечно же все внутри у меня горело, пылало, стонало: «убей его! убей! вспомни, как он изгилялся, как пытал тебя и терзал! Надо мстить таким, иначе они выведут весь род людской своей злобой, завистью, алчностью и ненавистью!»

Но не имел права умножать зла я.

И потому изрек твердо:

— Нет!

Дьявол нагнулся, ухватил когтем старикашку за ногу. И разодрал на две половины. Отшвырнул их от себя в разные стороны. Но прежде, чем эти уродливые останки упали наземь, одна половина обернулась самим старикашкой, только еще более истерзанным, а вторая — красавицей Лолой. Они бросились друг к другу и слились в единое, невообразимо чудовищное целое.

— Теперь они всегда будут вместе, — проскрежетал дьявол. И прикрикнул: — Вон!

Уродливая тварь исчезла. А мой хранитель вновь оглядел меня безглазым взглядом, будто завораживая, прорычал:

— Пойдем!

Мы шли долго пока не добрались до подножия исполинской каменной лестницы. Кто ее мог соорудить в аду? Я ничего не мог понять.

— У нас тут хватает рабочих рук, — будто угадывая мои мысли, пояснил дьявол, — все ваши бездельники и дармоеды, даже если они не совершили ничего более тяжкого кроме своего безделия, попадают к нам. Ты видел, как строят адские пирамиды?!

— Нет, — ответил я смущенно.

— Ну так погляди!

Я обернулся на шум… Я мог поклясться, что секунду назад за моей спиной ничего не было кроме пустыни, мрака и холода. А теперь я узрел трех истощенных, покрытых язвами и коростой скелетов, которые на своих согбенных спинах тащили двадцатитонный каменный блок. Они не могли его тащить — не могли, по всем законам природы. Но они его тащили! Обливались кровавым потом, стонали, сгибались… и тащили. Какой-то мелкий бес подсыпал колючки и осколки бутылок под их голые ступни, потом возвращался и тыкал их под ребра иглами, жег пылающим факелом. А они несли свой камень.

— Им нести его тысячу верст. Там возводят новую пирамиду Вельзевула! — сказал дьявол-хранитель. — Но самое интересное начнется, когда им придется этот камешек затаскивать по почти отвесному склону пирамиды на трехкилометровую высоту… хочешь увидеть это?

— Да, — машинально ответил я.