Чтобы искать эту «ланчию», вызвали из Милана подкрепление, целую толпу парней, и расставили их в аэропорту, на вокзале, на всех дорогах, ведущих к автостраде, а еще заплатили ребятам с заправочных станций и дали всем им номер телефона, чтобы звонили, если увидят ту чертову машину. Бенно сказал – еще день, и они ее найдут. Проклятый Бенно, надоело ему ездить без конца, так вот он развлекаться стал, мотороллеры гонять. Ники улыбнулся, вспоминая, как Бенно толкал бампером мотороллеры, сносил их и с удовольствием смотрел, как ребята вылетают из седла. По Делла-Либерта пронесся еще один мотороллер, и Ники снова повернулся. Этот, завывая, промчался мимо. Ники собрался было идти дальше, но замер и чуть не подпрыгнул от неожиданности.

Впереди, футах в десяти, стоял маршал в этом самом темном костюме, а под пиджаком у него, оказывается, был еще и жилет. Стоял он, засунув большие пальцы за брючный ремень, а шляпа его ковбойская больше обычного надвинута на один глаз.

– Меня ищешь, Ники? – спросил он.

– Ну так что? – спросил Рэйлен.

Ники не отвечал. Вместо этого он прищурился, возможно, готовится действовать, точно не поймешь. Прищуриться – дело не хитрое.

– Вот вчера ты тоже не хотел со мной разговаривать, – укоризненно сказал Рэйлен. – Велел, чтобы я не совался. Поэтому странно – чего это ты меня ищешь? Проезжаешь мимо, потом возвращаешься. Вылезаешь из машины с пистолетом в руке... Мне кажется, ты сейчас думаешь, удастся ли вытащить его снова, или я достану свой первым. Верно я говорю?

Такие вопросы обычно остаются без ответа, поэтому Рэйлен продолжал:

– У нас тут может возникнуть ситуация, которая часто случается в жизни. Вроде соревнования, кто выхватит оружие первым. – Он покачал головой. – Если у тебя, Ники, есть какая-нибудь личная причина, чтобы так вот взять и застрелить меня, может, все-таки расскажешь? Или ты предпочитаешь подождать и застать меня врасплох? – Рэйлен помолчал. – Ты так и не хочешь ничего мне рассказать. В чем дело?

– Я пытаюсь понять, что за чушь ты несешь, – сказал Ники.

– Все-то ты понимаешь, только говорить не хочешь, – печально пожаловался Рэйлен, глядя на руки Ники, лежавшие на поясе. Не хочет мальчик выходить из игры. – Ждешь, не подвернется ли возможность шлепнуть меня. Ну так послушай, что я тебе скажу. Стрелять в человека совсем не то же самое, что стрелять по бутылкам. Будь ты хоть сто раз самый лучший стрелок, это еще не значит, что ты сможешь нажать на спуск, глядя при этом человеку в глаза. Я это знаю, и знаю очень хорошо, ведь я был когда-то инструктором по стрельбе в полицейской академии.

Ники, не отрываясь, глядел на Рэйлена, и тому страшно хотелось узнать, что творится сейчас в голове этого молокососа. Скорее всего – сплошная неразбериха, не знает он, что теперь и делать. Подбородок почесал. Сунул руки в карманы джинсов. Торчащая из-за пояса рукоятка пистолета отсвечивает голубоватой сталью. На этот раз пистолет, похоже, так и останется за поясом. Рэйлен приподнял подбородок и кивнул в направлении улицы.

– Тебя там машина ждет. Было очень приятно побеседовать, – добавил он уже в спину уходящего Ники.