Поставив кубок, Эмилин подошла к деревянному сундуку, стоявшему около кровати, чтобы сложить туда вещи и попутно еще раз просмотреть их, чтобы не пропустить чего-нибудь полезного.

Едва девушка подняла большую и тяжелую крышку, та выскользнула у нее из рук и упала, стукнувшись о стену, прикрытую гобеленом. Странно — ткань, оказалось, висела свободно.

Пораженная, Эмилин заглянула за край гобелена. То, что казалось стеной, на самом деле было тоннелем, холодным и сырым. Она схватила со стола свечу и вошла в темноту.

Сырой холод, неприятный запах и темнота за подняли все вокруг. Неровные каменные стены покрыты замерзшей влагой. Дрожа, Эмилин медленно шла вперед и вскоре поняла, что поворачивает влево.

Поскольку комната когда-то была личными покоями леди Бланш, Эмилин не удивилась, обнаружив рядом уборную. В тупике она увидела деревянное сиденье над узким отверстием. Сквозь узкое окно проникал холодный свежий воздух.

Эмилин поставила свечу в нишу, в которой расплавленный воск от множества свечей образовал достаточно высокий и твердый рельеф. Взобравшись на сиденье и выглянув в окно, пленница увидела двор замка в совсем ином ракурсе.

Ярко освещенная кузница стучала и звенела. Рядом стояли два осадных орудия, только что очищенных от снега. Дальше, возле старой конюшни, толпились солдаты. Жизнь так близка — и в то же время так недоступна! Эмилин едва не заплакала от отчаянья.

На минуту закрыв глаза, девушка начала страстно молиться.

— Помоги мне, Господи, — просила она, — я чувствую, что Николас жив, я чувствую это. Я должна снова оказаться рядом с ним и детьми!

Снова открыв глаза, она внимательно исследовала окно. Дыра размером всего в два камня — в нее едва пролезет голова. Будь оно побольше, можно было бы постараться вылезти. Она много слышала о таком способе спасения. Уборная, к сожалению, оказалась бесполезной. Вздохнув, Эмилин слезла с сиденья.

Вспомнив о свече, потянулась за ней. Но воск выскользнул из рук, и свеча упала прямо в отверстие. Эмилин наклонилась. Свеча падала куда-то очень далеко, и падение ее откликалось гулким эхом.

Она долго-долго смотрела вниз.

Значит, выход из этой башни все-таки есть.

«Будь осторожна во время молитвы, — всегда повторяла Тибби, — ты можешь получить то, о чем просишь».

Эмилин взволнованно шагала перед камином. Ее молитва услышана, но она вовсе не уверена в том, что такое решение проблемы устраивает ее.

Насколько она знала, уборные представляли из себя глубокие шахты, которые обычно заканчивались выгребной ямой под зданием. Иногда эти шахты строились наклонно — так было, например, в Эшборне — и имели стоки с нескольких этажей. Другие же вели вертикально вниз. И в Эшборне, и в Хоуксмуре в шахту регулярно сливалась вода, чтобы содержать ее по возможности чистой. Нанимали людей, чтобы чистить выгребные ямы. Стоила такая работа очень дорого.

После долгих раздумий Эмилин решила, что в этой башне все шахты окажутся чистыми — ведь она давно используется только в качестве склада. Кроме того, все неприятное сейчас покрыто толстым слоем снега.

Ее шахта оказалась узкой — едва могли пролезть плечи — и вертикальной. Но Эмилин была худенькой — а сейчас, после всего пережитого, даже худее, чем обычно, — и ловкой.

— Гайар, — пробормотала девушка, нервно сжимая и разжимая пальцы. — Такое было в замке Гайар. Причем там были вооруженные мужчины — гораздо больше меня.

Она вспомнила историю взятия неприступной крепости короля Ричарда во Франции — замка Гай-ар. Та пала, когда отряд французских рыцарей проник в нее таким же путем, каким она сейчас собиралась выбраться из башни.