Она знала, что Мэнтор работал с Артёмом, чтобы добиться от него умения использовать свою силу дозированно — идеальными порциями. Знала, что Пэйон и Кассиус добиваются от неё видения тончайших нитей магической силы и её движения. Но не знала, что с ними обоими преподаватели начнут с умения запоминать сложнейшие заклинания. Для чего им обоим дали старинные артефакты памяти — головные обручи. Сначала ободки даже позабавили Риту, напомнив ей кучу фантастических фильмов, в которых либо испытуемые, либо экспериментаторы пользуются всякими обручами для передачи или сбора информации, но потом, когда голова начала раскалываться от информационного передоза и только руки и алхимические смеси Пэйона помогали снять давящую боль, она перестала думать, что обручи — преимущественное право только фантастических фильмов.

Старик Кассиус был настроен решительно и жёстко. Девушка постепенно поняла, что он готов на всё, лишь бы сделать так, как, он считал, лучше. Двое молодых людей, «попавших в его лапы», оказались идеальным материалом для достижения им целей. И он откровенно жалел их лишь тогда, когда понимал, что они на грани.

Перерыв был лишь один — на ужин. И на тот не пустили в «столовку». Потрапезничали снова в кабинете Мэнтора, благо там и стол не пришлось передвигать. Когда Рита зашла в кабинет, она увидела пластом лежащего на топчане Артёма и удивлённо посматривающего на него Кироса. Девушка бросилась к парню.

— Ты что?!

— Эти… изверги, блин, рода человеческого, то бишь магического, знаешь, что сказали? — стонуще выговорил Артём. — Они сказали, блин, что я теперь всё знаю и должен сам себя вытаскивать из этого состояния. А у меня… Сил не осталось… чтобы вспомнить, как это называется, что со мной и что делать при этом.

Рита опустилась перед ним на колени, погладила по голове.

— Ну, насколько я поняла, тебе просто надо набрать сил.

— Ритка… Если я сейчас буду силы собирать, я, блин, всё здесь порушу.

— А ты начни, — предложила девушка, смеясь, — а потом они пусть разгребают то, чего и добивались.

Парень ещё немного помычал недовольно, но она уселась рядом и слегка помассировала ему плечи. Тем более стол ещё только накрывали… Подошёл Кирос.

— Я помогу анакс Артёму.

Рита уступила ему место рядом с парнем, но не отошла. Сейчас она старалась использовать любую минуту, чтобы опробовать то, что узнала и сделала под руководством преподавателей. Но сейчас-то не урок… Она снова опустилась на колени и вгляделась в ладони Кироса, поднятые над головой Артёма на расстоянии сантиметров десяти. Сначала видимая ей теперь сила струилась из ладоней воина-мага, словно на горячем солнце струился подогретый им холодный воздух. Потом множество струй начали обтекать голову парня, и плечи Артёма заметно опустились, расслабились… И, наконец, призрачная сила, текущая из ладоней Кироса пошла таким ровным слоем, что парня будто поместили в прозрачную плёнку. И Артём уснул — буквально на пару минут.

Пока Рита хлопала глазами на него, Кирос мягко опустил ладонь, остановив её перед лицом девушки, заставил её поднять глаза. Некоторое время они смотрели друг на друга, потом девушка тихонько покачала головой. А чтобы подтвердить, она взялась за руку спящего Артёма. Ни одна черта не дрогнула на лице Кироса. Он только кивнул и встал с топчана, на котором сидел, пока восстанавливал силы парня.

Поужинали спешно.

Следующая часть занятий была сугубо практической.

На очищенный от столовых приборов стол лёг Кирос. С обеих сторон от него встали Артём и Рита. Преподаватели отступили от стола, чтобы не мешать работе, но руководить ею. Предполагалось снять первый, самый грубый слой иллюзии на воине. Самый грубый, потому что Артёму надо было окутать тело Кироса теперь уже своей силой, а сквозь эту силу Рита должна была разглядеть узор иллюзорного заклинания и распутать его — пальцами! А этапы дальнейшей работы снова будут подсказывать преподаватели.