Несмотря на то что она собиралась расплатиться по закладным, через пару месяцев следовало ожидать возникновения новых проблем. Вернувшись домой, Крисси позвонила Салли и рассказала о случившемся. Она умолчала только о том, что опять позволила Тренту Фэрфаксу провести себя.

— Нет, это ужасно! Бедняжка! Все-таки не надо тебе уходить, Крисси, у него нет никаких причин для увольнения. Знаешь что? Я сейчас приеду. Буду через десять минут.

Салли появилась, как и обещала, ровно через десять минут с двумя бутылками вина.

Девушки говорили о том, что все мужчины свиньи, и поочередно винили в возникших проблемах то Трента Фэрфакса, то Бена Фэрфакса, то Реджа Форда. Крисси совершенно забыла, что собиралась навестить Бена, этого идиота, с которого все началось. Но тот позвонил сам, чтобы узнать, почему она задерживается. Крисси повезло, что трубку взяла Салли.

— Нет, это Салли, Крисси не может подойти, — сказала она, поняв по взмахам рук Крисси, что та не хочет говорить с Беном.

— У нее… пищевое отравление.

— Скорее, отравление мужчинами! — фыркнула Крисси. — Я явно отравлена! Мужчинами!

Салли нахмурилась и шикнула на нее:

— Хорошо, передам.

Девушка повесила трубку и взглянула на подругу.

— Он надеется, тебе станет лучше и ты навестишь его завтра.

— Эгоист! — пробурчала Крисси. — Беспокоится, как моя болезнь может отразиться на нем! Каким тоном он говорил? — спросила она.

Ей было интересно, рассказал ли Трент Бену, что вчера его любимая невеста чуть было не изменила ему с его любимым братом.

— Думаю, ему было жаль, что ты сегодня не придешь.

Крисси кивнула. Значит, Трент ему ничего не сказал.

Жаль, что он не мог быть так же сдержан с ее начальником.

* * *

Селия была так расстроена, когда Трент объявил об отъезде в Лондон сразу после завтрака, что он смягчился и обещал остаться на ленч.

— Ты слишком много работаешь, — говорила Селия. — Отдохни немного. Почему бы нам не покататься на лошадях? Едва ли ты часто выкраиваешь на это время, да и лошади Бена нужна тренировка.

— Хорошо, — улыбнулся Трент.

У него не было своей лошади, но он любил ездить верхом и никогда не упускал такой возможности.

Прогулка началась в десять. Селия выбрала серую кобылу Флисс, Трент — вороного коня Султана, любимца Бена. Они ехали рядом, наслаждаясь свежим воздухом ранней весны и любуясь прекрасным пейзажем.

Трент сдерживал Султана, чтобы он шел вровень с кобылой, это не доставляло удовольствия жеребцу, которому обычно Бен позволял мчаться головокружительным галопом по окрестным полям.

— Совсем забыла тебе сказать, — вдруг вспомнила Селия. — Вчера вечером звонили из полиции. Говорили что-то насчет потерянного кольца. Констебль просил передать, что они выяснили его местонахождение. Ты что, потерял кольцо?

— Не я, Бен. Он взял из банка бабушкино кольцо с изумрудом.

— Зачем? Ведь в завещании указано, что оно предназначается его будущей жене.

— Да.

— Думаю, это будет Аннабел, — вздохнула Селия обреченно.

Разумеется, она будет любить своих внуков, но совсем не могла себе представить Аннабел в роли матери. Более того, она совсем не представляла себе Бена в роли мужа.

— Аннабел? — удивился Трент. Почему ты думаешь, что Бен сделал ей предложение?

— Она была здесь в среду или в четверг.

— Когда она здесь была?

Трент натянул поводья Султана и схватил кобылу за узду.