— Я знаю, но они могут нанести нам большие потери. Даже если мы их победим, многие из нас погибнут.

В этот момент из толпы заговорил одни из людей Клеарха:

— Мы можем потребовать флот, чтобы вернуться назад.

— Можем, — ответил Клеарх, — но я не стану этого делать.

— Почему?

— Во-первых, потому, что флот еще не прибыл и неизвестно, скоро ли прибудет. Во-вторых, ясно, что с этого мгновения Кир больше не даст нам ни гроша. Так чем же мы заплатим за провоз? Даже если представить, что флот, выгрузив провизию и снаряжение, вернется обратно за нами, он не станет делать этого бесплатно, забудьте. Как думаете, что будет чувствовать Кир по отношению к нам после того, как мы расстроили все планы? Я хорошо его знаю. Этот человек, если захочет, может быть щедрым к тому, кто этого заслужил, но если ему нанести оскорбление — уничтожит. Не будем забывать: у него есть воины, деньги, боевые корабли.

По рядам пробежал растерянный гул.

— Даже если царевич согласится, кто поручится, что потом нас не бросят в море, дабы никто не узнал об этом походе?

Вперед выступил еще один воин.

— Значит, нужно потребовать проводника, который отведет нас обратно сушей. А мы пока что пошлем вперед отряды, которые займут горные переходы, чтобы нас не заперли на обратном пути.

— Ты доверился бы такому проводнику? — воскликнул Клеарх. — Я — нет. Он может завести нас в засаду или неверным путем, а потом исчезнуть. Каков будет наш конец? Как мы найдем дорогу домой, оказавшись среди людей, которые нас не понимают? Об остальных вариантах и думать нечего. Вы хотите отважиться на подобного рода предприятие? Отлично. Но только не просите меня, чтобы я вас вел на верную смерть. Могу лишь заверить, что готов погибнуть вместе с вами, разделить вашу судьбу. Если хотите, выберите другого полководца, и я подчинюсь ему.

Слова Клеарха не слишком обрадовали воинов. Он уже все сказал, теперь им предстояло найти свой выход из ситуации. Искусные в битве, способные выдержать любые трудности и лишения, они легко могли пасть духом, если понимали, что нет надежды на успех. Снова наступило молчание. Люди понимали, что выбора нет, и при сложившихся обстоятельствах от них можно добиться чего угодно. Клеарх своей мастерски построенной речью обрисовал положение в мрачных красках и теперь незаметно оглядывал собравшихся, чтобы увидеть, какое действие возымели его слова. Переводя глаза с одного на другого, он заметил на заднем плане человека, с которым беседовал накануне: тот медленно ехал верхом с таким видом, будто происходящее не интересует его. Теперь на нем был глухой шлем, скрывавший лицо, и красный плащ на плечах, а к сбруе пристроен большой щит. По всему становилось видно, что это человек знатный.

Посланец Кира прибыл как раз вовремя: он прошептал что-то на ухо Клеарху и исчез.

— Кир хочет знать, что мы намерены делать. У нас больше нет времени. Как мне ему ответить?

Вперед выступил последний из людей, которых Клеарх обучил манипулировать мнением толпы.

— Послушайте, становится ясно, что одним нам не удастся выбраться отсюда, а возможность напрямую бросить вызов Киру следует рассматривать в последнюю очередь. Я предлагаю отправить ему послание с четким изложением требований: если он рассчитывает уговорить нас, пусть предлагает свои условия, а мы обсудим их. Если же мы не договоримся, то все же попробуем прийти к соглашению, чтобы каждый из нас мог идти своей дорогой, без необходимости все время оглядываться. Что скажете?

— Верно, правильно! Так мы и поступим! — ответили все.

— Отлично. Пускай в таком случае наш полководец, Клеарх, отправляется к Киру на переговоры, чтобы выслушать его предложение.

И вот, с поручением войска, им же самим и подготовленным, Клеарх явился к Киру.