— Мама, — сообщил кот, подскакивая в корзинке и оглядываясь назад. Я тоже оглянулась, и увидела, что волчары не сдались и теперь бегут за нами, сверкая зелеными глазками. Так они еще и воскрешенные, а не живые. Я отмахнулась пульсаром, хваля себя за то, что не разбазарила магию на ну очень энергоёмкое заклинание тепла. Пульсар врезался в правую тварь, а левая не стала дожидаться своего и прыгнула, взвившись над землей в красивом мощном прыжке. Пегги закричала от боли и встала на дыбы, сбрасывая меня с Обормотом на землю. А потом саданула копытами по оскаленной морде, и рванула вперед, быстро исчезнув среди деревьев. Оборотень отлетел, врезался в дерево, и, судя по хрусту, сломал хребет, но тут же вскочил и повернулся к нам. Ну, правильно, а чего ему мертвому будет.

— Ллин, ты его сможешь победить? — Кот шустро отползал за мою неширокую спину, пытаясь при этом не спускать с твари глаз, и вздыбив шерсть от страха.

— Попробую, — я уже сжимала в руке клинок, понимая, что колдануть не успею. Тварь умная и прыгнет еще до того, как я скажу хоть слово.

Но она прыгнула и так, я выставила вперед клинок, понимая, что если он и распорет брюхо у этой лошади, то зубами она цапнуть все равно успеет. Плохо. Волк летел на меня, ощерившись в оскале, я зажмурилась, дунул ветел, послышался звук падающего тела.

— Мася! — Это голос кота.

Медленно открыв глаза, я огляделась, и увидела оборотня лежащего неподалеку с начисто отрубленной головой. Огромный знакомый топор лежал рядом, весь заляпанный зеленой кровью. К нам спешил встревоженный великан, обезглавленное тело еще некоторое время царапало когтями землю, но потом по нему прокатился ряд судорог и оно медленно растеклось по земле зеленовато-бурой жижей.

— Фу. — Сморщился кот.

— А где Коул?

— Там была еще засада, он остался, послал меня вперед.

Я вскочила, но тут же остановилась, увидев выезжающего из-за могучих стволов деревьев демона. Вид его был страшен. Кожистые крылья местами порваны, по телу бежала своя и чужая кровь, и на черном напряженном лице выделялись голубые, как лед глаза. Он нашел меня взглядом, быстро осмотрел с ног до головы, после чего немного расслабился и даже соизволил улыбнуться. На плече, воинственно вереща, сидел перевозбужденный дракончик и настороженно оглядывался по сторонам, выискивая неведомую опасность.

— Сколько их было? — поинтересовалась я, с трудом поднимаясь на ноги.

Мася долго не отвечал, следя, как меняются черты Коула, и он снова становится похож на человека, а не на демона из преисподней.

— Тридцать.

Я вздрогнула. Коул подъехал ближе, пытаясь оттереть остатками рубахи кровь с рук и меча.

— Ты в порядке?

Я кивнула.

— Тогда едем дальше, дождь почти кончился, и деревня уже слышна.

Невдалеке и вправду раздавался шум, который присущ любому человеческому поселению: скрип колес телег, ржание лошадей, стук топора, гомон, складывающийся из десятков слов…

Я снова кивнула и протянула ему небольшой шарик, мягко отсвечивающий зеленым целительным светом. Он вопросительно поднял бровь.

— Сожми в руке, — посоветовала я.

Он послушался, послышалось тихое деловитое гудение, и вскоре его раны начали затягиваться прямо на глазах, а кровь, грязь и пот потекли вниз, очищая кожу.

— Спасибо.

Я кивнула, щелкнула пальцами, рассыпая искры, и вскоре ко мне уже подходила моя Пегги, глядя на меня большими укоряющими глазами.

— Прости, родная, но ты мне нужна, обещаю, что отпущу тебя позже.