Он разбудил ее нежным поцелуем в губы, а потом провел языком по шее, пока она не разлепила сонные веки.

— Труба зовет, Эшлин. Это тебе вместо будильника. — Сэм скользнул ниже и накрыл ее груди ладонями.

— Который час? — поинтересовалась она, снова закрывая глаза.

— Без двадцати два.

— Два часа дня?! — Эшлин рывком села на постели. — Скоро придут мальчики, а тебе пора уходить, Сэм! — в тревоге вскричала она.

— Расслабься. — В голосе его сквозило веселое изумление. — Они вернутся домой не раньше шести. Ты сама сказала мне об этом вчера вечером. К чему такая спешка?

— Я знаю, но… — Эшлин и сама не могла объяснить причины охватившей ее паники. Вчера вечером все было совсем по-другому Как ему объяснить? Она хотела, чтобы Сэм ушел из ее дома, потому что испытывала чувство вины, словно совершила какую-то непристойность. Она хотела, чтобы он ушел и у нее появилась возможность разобраться в собственных чувствах, сложных и смешанных. Кроме того, ей надо сполоснуть стаканы, сменить простыни и смыть его запах со своего тела. Ну и наконец, его не должны увидеть мальчики, для этого еще слишком рано.

— Пожалуйста, пойми меня, Сэм, — начала она. — Я еще никогда не делала ничего подобного и сейчас чувствую себя очень странно. Мне кажется, мальчикам еще не время встречаться с тобой. Они растеряются и придут в замешательство. Надеюсь, ты меня понимаешь.

— Тебе понравилась прошлая ночь? — негромко поинтересовался он, перебирая пальцами ее волосы. У него были необыкновенно выразительные глаза.

— Конечно…

Он не дал Эшлин договорить, закрыв ей губы поцелуем, поначалу нежным, но быстро превратившимся в долгий и страстный. Она не могла не ответить на него. Щетина царапала нежную кожу у нее на шее, когда он двинулся ниже, щекоча носом ее груди.

— Мне нравится твоя грудь, Эшлин, — хрипло прошептал он. У нее не было ни сил, ни желания сопротивляться. Он был таким сексуальным и, кажется, точно знал, как завести ее. Не успела она опомниться, как они уже барахтались под одеялом, снова занимаясь любовью.

— Я уйду в три. У тебя останется еще куча времени, — пробормотал Сэм.

Часом позже она лежала в ванной и смотрела, как он заканчивает бриться. Плеснув в лицо водой, он вытер его насухо и взглянул на свое отражение в зеркале, поворачивая голову из стороны в сторону, чтобы убедиться, что нигде не пропустил ни островка щетины, бреясь ее старой бритвой. Удовлетворенный увиденным, Сэм провел расческой по волосам, прежде чем надеть рубашку.

— Я сам найду выход, — сообщил он и наклонился к ней, чтобы приласкать ее грудь. — Господи, ты возбуждаешь меня одним своим видом. Мне так и хочется затащить тебя обратно в постель. Но только не в эту, разумеется. — Он резко выпрямился. — От нее надо избавиться, ты не находишь?

— Почему? — растерялась Эшлин, не понимая, что он имеет в виду.

— Но мы не можем заниматься любовью в постели, которую ты делила со своим мужем, — тоном оскорбленного достоинства заметил он.

— Да, понимаю, — протянула она, хотя на самом деле это было не так. Вчера его почему-то не беспокоил тот факт, что они занимались любовью в кровати Майкла. Впрочем, оба были настолько навеселе, что вполне могли устроить любовную битву прямо на мосту О’Коннелла, взымая деньги со всех желающих поглазеть.

— На выходные мы могли бы пройтись по магазинам, — предложил он. — Кроме того, не помешает прикупить спиртного. Пожив в Штатах, я привык к бурбону.