— Ради всего святого, Эшлин, давай вести себя как взрослые люди. — Майкл был раздавлен и уничтожен.

— Взрослые? Если ты хочешь вести себя как взрослый человек, то почему срываешь на ней зло, когда она делает такую попытку? И не вздумай отрицать, — Эшлин не дала ему открыть рта, — потому что я не слепая. Все дело в том, какой ты на самом деле, Майкл, не так ли? Неуживчивый — это еще мягко сказано, — с сарказмом добавила Эшлин. Она с отвращением взглянула на него. — Если Дженни обеспокоилась, что я намерена вернуть тебя обратно, поскольку перестала быть рыхлой дурнушкой, можешь ее успокоить. Между нами все кончено, finita. И навсегда. — Эшлин выделила голосом последнее слово. — Так что она может не волноваться. Приведи ее сюда, и я сама скажу ей об этом.

Она с удовлетворением отметила, что Майкл выглядит уязвленным. Ответить ему было нечего.

— Собственно, я могу и сама привести ее. — Она резко встала на ноги и покинула зал. В дамской комнате Дженнифер не оказалось. Эшлин обнаружила ее у стойки бара, поглощающей джин с тоником с такой жадностью, словно от этого зависела ее жизнь. А тоник-то — низкокалорийный, машинально отметила Эшлин.

— Вам необязательно было уходить, — сказала она. — Нет ничего такого, о чем бы нам следовало поговорить, а вам нельзя было бы выслушать. Вам нужно лишь подождать еще четыре с половиной года, чтобы мы с Майклом развелись. Так что можете не беспокоиться, что я захочу вернуть его обратно. Не захочу.

Едва успев произнести эти слова вслух, Эшлин поняла, что сказала чистую правду. Она не хотела, чтобы Майкл вернулся — ни при каких обстоятельствах. Она прожила с ним в браке двенадцать лет, и этого было достаточно. Она выплакала все глаза, прежде чем поняла это. Но зато теперь она знала, чего хочет. Эшлин вкусила свободы, и ей понравился ее привкус. Не просто понравился, а полюбился и вошел в ее кровь. И обратного пути не было. А вот Дженнифер, кажется, предстоит побывать в ее шкуре. Причем ждать придется недолго, если Майкл останется верен себе.

— Хотите выпить? — неуверенно предложила Дженнифер.

— Нет, спасибо. Я должна вернуться к Сэму. Он такой собственник, и ему очень не нравится, когда я оставляю его надолго, — не смогла удержаться Эшлин. Неужели это она стоит здесь и спокойно разговаривает с женщиной, которая увела у нее мужа? Нет, не увела, поправила она себя. Женщина, которая подвернулась ему под руку, когда он решил, что их брак исчерпал себя и ему пора уходить. — Ну, вы же знаете, любовники, которые вместе недавно, с нетерпением ждут возможности вернуться домой, чтобы поскорее забраться в постель! — Эшлин лукаво улыбнулась. Она мимолетно подумала, а угас ли сексуальный пыл между Дженнифер и Майклом, которым наверняка сопровождалось начало их романа? Очевидно, да, судя по той напряженной атмосфере, что воцарилась сейчас в их отношениях. — До встречи. — Она повернулась и ушла с высоко поднятой головой.

— Где ты была? — требовательно спросил Сэм, когда она опустилась на свое место между ним и Джо.

— Разговаривала со своим мужем, — отрывисто ответила она.

— Что?! — рявкнул он, оттолкнув свой стул и поднимаясь на ноги. — Где он?

— Успокойся, Сэм, — устало сказала Эшлин. И без театрального гнева Сэма вечер выдался нелегким.

— Что он тебе сказал? Если он обидел тебя, я убью его! Я убью его в любом случае, — продолжал бушевать Сэм.