Кейтино лепетание «д-д-да-да, милорд» заглушилось, когда он со стуком захлопнул дверь.

Чарльз быстро пересек темный коридор. Он оступился на первой ступеньке наверху лестницы. Будь он не так проворен, то скатился бы вниз и сломал бы себе шею. И, возможно, именно на это и рассчитывала его маленькая женушка. Она стала бы довольно богатой, титулованной леди, способной наслаждаться всеми преимуществами своего положения без отвратительного мужа, настаивавшего на выполнении супружеских обязанностей. Свалившись на третью ступень, он ухватился за перила, в результате чего отделался ушибом копчика, а не сломанной шеей.

Эта ночь была прохладнее обычного. Моросило; наверное, дождь продлится до утра. Он надеялся, что Морриган догадалась захватить плащ, затем резко обругал себя за мысли, что его это до сих пор волновало, если волновало вообще. Для всех было бы лучше, в особенности для Морриган, если бы она простудилась и умерла от пневмонии. Оказаться в заключении на всю оставшуюся жизнь — не самая приятная перспектива. А Морриган своими выходками сегодня ночью доказала, что в этом была необходимость.

Чарльз не мог поверить зрелищу, представшему его глазам, когда достиг рощи, где он познал Морриган в полном смысле этого слова.

Глава 26

Элейн брыкалась и царапалась, раздирая кожу мужчины ногтями. Ее пальцы скользили по выступившей крови.

Боули бранился, изрыгая проклятья на неизвестном языке. Мягкие липкие пальцы обернулись вокруг горла Элейн, сжимая его. Она отчаянно вырывалась, но ее пальцам не хватало опоры, чтобы ухватиться, а ее мучитель — он или она … Элейн ощутила все возрастающее головокружение, говорящее о приближающейся потере сознания. Она даже не знала, как ей правильно назвать своего насильника-убийцу. Женская сущность, поселившаяся в мужском теле. Могла ли Элейн относиться к Боули как к Морриган, или к Морриган как к Боули? Могла она обратиться к Боули как к ней, а к Морриган как к нему?

Элейн почувствовала, как дряблое тело втиснулось между ее ног. К ее животу прижались его игрушечные гениталии, твердые, в отличие от всего тела. Она не переживет, просто умрет, если этой штуке удастся проникнуть вглубь нее, но поражение, казалось, было неизбежным. То слабое дыхание, что еще не до конца было выбито из ее легких навалившимся сверху тучным телом, выдавливалось этими пальцами, стискивающими ее горло.

Быть изнасилованной Морриган — той особой, которую Элейн считала бедной серенькой мышкой! Быть изнасилованной законной обладательницей тела, поневоле занятого Элейн!

Немыслимый фарс! Невообразимый ужас!

Из горла Элейн вырвался звук, похожий на рык попавшего в капкан зверя. Она что было сил, врезалась головой в атакующее ее тело, стремясь добиться хоть какого-нибудь свободного пространства.

Воздух хлынул в легкие Элейн.

Боули растянулся на земле в пяти футах от нее. Над лежащим ничком телом стоял Чарльз. Элейн могла ощущать исходящие от него волны ярости. Он приподнял Боули и ударил его в лицо. Снова. Снова. И снова.

Под этой дряблой кожей оказались кости — несколько раз Элейн отчетливо слышала их хруст. Глаза Боули расширились от ужаса. Кровь хлынула изо рта и носа.

— Лорд Арлкотт! — Боули перехватил приближающийся к нему кулак. — Лорд Арлкотт, умоляю вас!

Эти две фигуры выглядели настолько гротескно рядом друг с другом, что Элейн, лежа на земле, не могла отвести от них глаз. Чарльз, олицетворяющий собой здоровье, — молодой, красивый, невероятно элегантный в своем смокинге, и в противовес ему — Боули, с его бледной обвисшей кожей, кустистыми бакенбардами и розово-сиреневатыми гениталиями.

— Милорд, умоляю вас! Это не я! Это все она! — его пухлый палец обвиняющее указал на распростертую Элейн.