- Иван Игоревич, я уж боялся вы не дождетесь...

   К "плакальщику", шаркая ногами по мокрому асфальту, подбежал невысокий мужчина в коричневом пальто и зимней шапке, натянутой чуть ли не на глаза. Нижнюю треть его лица, закрывал серый шарф, так что на виду оставались только нос и нервно бегающие глаза.

   - мы взрослые люди, Павел Олегович, и должны держать свое слово, что бы хотя бы перед собой оставаться без грехов. - Усмехнулся половиной лица "плакальщик", обращая свой взгляд на судью минувшего процесса.

   - это да... гхм. - Павел Олегович бросил быстрый взгляд в оба конца переулка, и снизив голос до заговорщического шепота спросил. - Вы принесли...?

   Вместо ответа, собеседник засунул свободную руку в просторный карман, контролируя свои действия взглядом, и спустя несколько секунд, показавшихся судье бесконечно долгими, извлек на свет толстый конверт.

   Павел Олегович, с необычной для его возраста ловкостью, выхватил конверт из слабых пальцев, разорвал бумагу и начал просматривать фотографии и документы. С течением времени, на видимом участке лица, явственно проступило облегчение, и даже поза сменилась на более расслабленную.

   - здесь все? - Не отвлекаясь от изучения фотографий, спросил судья.

   - нет. - Меланхолично отозвался "плакальщик". - У меня остались копии документов и одна интереснейшая аудиозапись...

   - мы же договаривались!

   - я должен быть уверен, что вы не решите забыть о нашем договоре. - Иван Игоревич оттолкнулся от стены, и подволакивая за собой правую ногу, грузно зашагал в дальний конец переулка. - Не беспокойтесь, пока вы держите слово, никто не узнает о вашей слабости... всего хорошего Павел Олегович, увидимся в зале суда.

   Некоторое время, судья молча стоял и смотрел в спину удаляющемуся человеку, а затем резко выхватил из внутреннего кармана своего пальто, старый револьвер. Прозвучал глухой хлопок, похожий на взрыв петарды, и вздрогнувшее тело высокого мужчины, как в замедленной съемке какого-то фильма, осело на асфальт.

   - прости парень, но слишком уж ты много крови выпил у всех нас... так будет проще и безопасней.

   Спрятав оружие обратно в карман, судья заспешил прочь с места преступления, но вдруг опомнившись вернулся. Надев на руки резиновые перчатки, он быстро обыскал тело "плакальщика", в очередной раз порадовавшись своей догадливости, когда в одном из карманов плаща, был обнаружен точно такой же конверт, как и полученный парой минут назад.

   Убедившись, что никаких иных бумаг у убитого нет, Павел Олегович снял со своей жертвы золотые часы и вытащил из брюк кожаный кошелек.

   - ограбление, самое обычное ограбление... - Бормотал себе под нос судья, пряча добычу в продуктовый пакет и снимая перчатки. - А я уж позабочусь, что бы это дело побыстрее закрыли.

   Спустя минуту, в переулке осталось лежать лишь тело мертвеца, распростертое на сыром асфальте, и глядящее пустыми глазами в темное пасмурное небо.

   "значит это конец? Жаль, я еще столько не сделал...".

   Мысли текли как-то отстраненно, когда за спиной прозвучал выстрел а тело в миг ослабело, даже страха не появилось, ведь бояться должны те, кому есть что терять. Мне же не за что держаться, ни семьи, ни друзей, да и здоровья тоже нет.

   Прежде чем чувства окончательно угасли, я успел злорадно ухмыльнуться половиной лица. После моей смерти, ячейка в одном из банков, по наследству перейдет главе одного из новостных каналов, а там лежат копии и оригиналы множества документов, видео и аудиозаписей... в общем компромат на моих "коллег", и некоторых мелких чиновников. Так что Павел Олегович, поспешил ты с моим устранением.