Какое-то время Олег Фёдорович рассказывал о задачах и сфере деятельности КПК, развернул область задач, структуру управления и взаимодействие с органами власти. В какой-то момент я спохватилась и потрясла головой, стряхивая наваждение.

— Олег Фёдорович, вы зачем мне это всё рассказываете, если сами сказали — это государственная тайна?

— Ох, Богиня, — расхохотался он, — Я сижу, размышляю, когда сообразишь? Что так долго-то?

— Да, интересно рассказываете, — честно ответила я, — Вот и молчу.

— Ну? Правда, что ли, заинтересовало?

— Ну да. Но меня больше заинтересовали возможности структуры. И сама реализация задумана грамотно. Да и цели, если честно — правильные. А то развелось мелких 'князьков', хоть бери и отстреливай.

— Кхм… — Олег Фёдорович посмотрел на меня странным взглядом.

— Что? — не понимая, спросила я.

— Вот я и хотел поговорить на эту тему с тобой…

— В палачи вербуете? — насмешливо спросила я его.

— Ну, вот ты сказала, — деланно возмутился он.

— А что? К чему тогда весь этот разговор? Не просто так, правильно? Вербовка, на самом примитивном уровне.

— Вот что, сейчас обижусь — и уйду, — запыхтел он.

— Э нет! — возмутилась я, — Вот сейчас решу деньги отдать, которыми вы меня снабжали, вот тогда вы обидитесь точно. А сейчас, вы пыхтите для вида.

— Ты это серьёзно?

— Что?

— Ну, про деньги?

— Ну да. Но Вероника меня предупредила, что вы можете обидится. Поэтому не буду отдавать. Да и самой ещё пригодятся.

— Хэх… — он хмыкнул, — Ну и кто тут над кем издевается?

— Ну, я пока и не начинала, — скромно опустила я глазки, — Вот чуть попозже…

— А что там будет попозже? Чего натворила?

— Да ничего особого. Потом поговорим, но пока вернёмся к разговору. Что там за предложение?

— Ага, давай вернёмся. Только сначала спрошу. То, что ты тридцать семь человек прибила — сильно это мучает твою совесть?

— Вообще не мучает. А что?

— Я серьёзно.

— И я тоже, — я пожала плечами, — Хотите обоснование? Хорошо… Если коротко, то они стремились причинить вред мне и тем — кого я защищала. Они были угрозой. Я просто устранила угрозу. И всё. Следовательно, почему я должна переживать об устранённой угрозе? Поняли мою логику?

— Ну, логика понятна, в принципе я её даже приветствую. Просто хотел убедиться, что нет в тебе страха или излишнего морального метания. Враг он и есть враг и подлежит уничтожению. Молодец, не ошибся в тебе. Тебе сколько сейчас, четырнадцать?

— Пятнадцать, Олег Фёдорович, пятнадцать уже, — вздохнула я, — В июне день рождения был. Я только недавно об этом вспомнила, когда на поезде обратно ехали. Память-то дырявая.

— Мда. Даже как-то и неудобно стало, — Олег Фёдорович смущённо пригладил ежик волос на голове, — Ладно, за мной подарок! Я старый дурак, тоже не уточнил, когда у тебя день рождения.

— Да пустяки, не заморачивайтесь! — отмахнулась я и хитро прищурилась, — Но от подарка не откажусь, это дело я люблю.

— Ну и хорошо, — улыбнулся он в ответ, — Теперь к делу.