Выволокла чемодан, положила на кровать, раскрыла. Убрала сверху свои тряпки и… И наблюдала, как меняется цвет и выражение лица Вероники.

— Твою же мать, Богиня… И вот ЭТО — ты таскаешь с собой?

— Ну да, а что? — пожала я плечами.

— Да за сотую часть этого убивают, а ты…

— Ну, да, глупо признаю. А куда мне это девать было? Потому и хочу посоветоваться, что с этим делать?

— Откуда это всё? Кого ограбила?

— Да никого, я не грабила, — возмутилась я, — Я отсюда уезжала, уже часть этого была у меня. Потом в дороге добавилось… Как-то само.

— Само?! Ну, ты даёшь, — она с непонятным выражением посмотрела на меня, — Деньги и золото 'чистые'? Никто вернуть не потребует?

— Чистое, чистое. А если вдруг, кто и попробует потребовать — голову оторву, скажу, что так и было, — проворчала я.

— Хм… Мда, — хмыкнула Вероника, — Ладно. Сколько тут всего?

— Не знаю, не считала, пожала я плечами.

— Ну, ты даёшь, Богиня, — заразительно рассмеялась Вероника, да так что глаза увлажнились.

— Ну, я серьёзно, — тоже захихикала я, — Лень считать было.

— О, Боже! Богиня… Дитё ты малое. Ладно, давай рассортируем и пересчитаем.

И мы занялись этим увлекательным процессом. Золота было… Много. Только монетами царской чеканки было сто штук, потом различных украшений килограммов пять. Деньгами было, как я и предполагала немногим больше сорока тысяч. Богатенькая… Только вот что с этим делать? О чём я и спросила Веронику.

— А сама-то что думаешь?

— Ну, я подумала родителям часть отдать. Мне одной столько не нужно.

— Правильное решение, — одобрила Вероника, — Кстати, если они захотят перебраться сюда, можно для них купить квартиру. У тебя тут деньгами на две-три хороших квартиры. Это не считая золота. А золото, даже если скинуть оптом кое-кому, на первый взгляд, ещё на столько же потянет.

— Ого!

— Вот тебе и ого. Сделаем так, возьмёшь часть денег, поедешь к родителям. Переговоришь. Если захотят, то будем квартиру выбирать. Если захотят там у себя жизнь лучше устроить, Олегу скажем, он организует. Его город, ему и карты в руки. Да, на ремонт и обстановку денег тоже много уйдёт, учитывай это.

— Ага, поняла, — немного подумала, потом сказала, — Надо долг Олегу Фёдоровичу отдать. Он мне помогал деньгами.

— Помогал, говоришь? — протянула Вероника, — Ой, мне кажется, дурная мысль тебе в голову пришла.

— Почему?

— Понимаешь, Олег если кому помогает — то от души, а не в виде долга. Мне он тоже в своё время помогал. А когда я попыталась вернуть долг, обиделся сильно. Мне потом пришлось к нему ехать, прощения просить. Он сразу-то вида не показал, просто перестал общаться и всё. Честно скажу, уважение и расположение такого человека как Олег — сложно получить и легко потерять. Пунктик у него такой, на счёт 'долгов'.

— Поняла. Но я хотя бы озвучу своё пожелание, для очистки совести. Хотя он мне не показался таким уж и обидчивым.

— Ну, попробуй, только аккуратнее, а то, кто его знает, снова надуется как мышь на крупу.

***

Вероника убежала на работу, я валялась на кровати, слушала музыку, пролистала пару книг, писала гармонию на новые песни. В общем, убивала время как могла. Ближе к вечеру, отзвонилась Вероника, сообщила, что должен подъехать Олег Фёдорович.