– Так это же хорошо! – возразил Тодор. – Привлеките их к восстановительным работам, люди и денег получат, и жилье построят, и город в порядок приведут.

Зрелище полуразрушенного, как после серьезной войны, Старого Углеграда, через который они успели проехать, нагоняло уныние. Разбитые дома с проломами в стенах, выбитыми окнами, обвалившиеся крыши и сбитые балконы, груды строительного мусора, заваливавшие улицы, торчащие на месте пожарищ закопченные печные трубы, засыпанные битым кирпичом и камнем пустыри на месте когда-то процветавших кварталов. Кое-где копошились люди, не столько разбирая завалы, сколько пытаясь отыскать хоть что-то уцелевшее.

Непострадавшие дома были заперты на все запоры, окна первых этажей заколочены. Хозяева опасались мародеров и старались лишний раз никому не открывать. Тем удивительнее было находиться на главной площади, рядом с мэрией и пышными особняками местных властей. Если бы не доносимый легким ветерком вездесущий запах гари, можно было бы решить, что тут все по-старому и никакой катастрофы не происходило. Может, из-за этого мэр встретил приезжих архитекторов весьма прохладно, несмотря даже на телеграмму из министерства строительства. Его обрадовала только новость о том, что в город направлены войска.

– Вы не расстраивайтесь, – утешал Тодора главный архитектор. – Ваши дома уж слишком футуристичные, а мэр у нас человек старорежимный, привык к порядку и законам. Новинки он воспринимает тяжело, консерватор, знаете ли…

– Он все же обещал поддержку и выделил нам участок, правда, за городской стеной, – сказал Тодор. – На самом деле я вам даже завидую. Когда еще может подвернуться такой пусть и печальный, но в то же время уникальный случай, настоящая возможность полностью перепланировать старый, забитый малоэтажными домами город под новые современные промышленные и торговые нужды, превратить узкие кривые улочки в широкие просторные проспекты, вдохнуть в руины новую жизнь, возвести красивые многоэтажные здания, гостиницы, торговые центры, театры, предусмотреть место под железнодорожный вокзал, разместить новые площади, парки для отдыха горожан… Это же мечта любого архитектора. Я бы на вашем месте немедля составил новый план застройки и отослал его для одобрения в министерство строительства. Я даже готов посодействовать в его продвижении, есть у меня пара мыслей на этот счет.

– Вы это серьезно? Вы предлагаете переделать наш старинный городок в нечто совершенно новое? – Главного архитектора мысли Тодора поразили словно молнией, он даже остановился.

– Вы слышали про строительство железной дороги от южного порта на север? – спросил вместо ответа Тодор. – Она может прийти или к вам, или в Новый Углеград. Железная дорога – это рост, перспективы, расширение, подъем торговли, увеличение народонаселения и очень, очень много денег! Если вы донесете эту мысль до мэра, думаю, вы найдете его полнейшее понимание и поддержку. Или все это уйдет вашим конкурентам из Нового Углеграда. Они наверняка заинтересованы в прямой ветке на юг, поставки угля в порт – это же золотое дно.

– Вы просто дьявол-искуситель! – улыбнулся главный архитектор. – Вы даже не представляете, какую картину вы мне сейчас описали. Это же работа на десятилетия вперед, проекты, заказы, грандиозное строительство! А не просто подписывание бумаг в конторе, как это было раньше. Мне надо срочно оповестить своих помощников!

– Не смею вас задерживать, – поклонился Тодор. – Мы вернемся в таверну, снимем комнаты, потом отправимся осмотреть выделенный участок. Нам надо его промерить, чтобы понять, как застраивать.