Утром перед воротами таверны собралось несколько десятков человек, вооруженных лопатами, ломами и кирками.

– Строительная бригада, выделена вам в помощь, – сообщил Тодору новоявленный бригадир, один из вчерашних крикунов.

– Быстро же вас организовали, – порадовался инженер.

– Вы не подумайте плохого, – проговорил бригадир. – Если деньги платят и жилье дадут, то мы все готовы помочь, а если бы отбирать начали, тогда мужики кого хочешь забьют, за свое-то.

– А мне говорили, что ваш поселок был самозахватом построен, просто у властей руки не доходили его снести, – внес уточнение Тодор.

– Правильно говорили, – кивнул бригадир. – Но когда мы землю захватывали, до нее никому никакого дела не было. А когда домишки построили – то уже наше стало…

– Хорошо, я понял. – Тодору было жаль потерявших единственное жилье людей, но обещать им новое он был не вправе. – Хочу вас сразу предупредить: я не знаю, кого мэрия будет заселять в новые дома. Я всего лишь строитель, выполняющий поручение министерства. Я ставлю дома и передаю их городу. Решать вопросы о предоставлении жилья вы будете с местными властями.

– Нам каждому бумагу дали. – Бригадир достал из кармана аккуратно сложенный плотный лист. – Во, договор, с печатью! Обещали каждого если не здесь, то в другом районе поселить.

– Городу сейчас люди нужны, грех было бы ими разбрасываться, – произнес Тодор. – Хорошо, что мэр это понял. Ведите своих людей на берег, сейчас мы подойдем, сегодня будем размечать и расчищать дорожную сетку. Отправьте пару человек нарубить побольше деревянных колышков.

Бригадир ушел отдавать распоряжения своим людям, а Тодор вернулся к архитекторам. После завтрака все сотрудники бюро отправились на участок. Наемники-охранники, прозевавшие вчерашний конфликт, присоединились к архитекторам, оставив пару человек охранять паромобили с грузом. Работа закипела. Разметив главную дорогу, прямую как стрела, сразу начали ее расчищать и выравнивать, начали копать траншеи по обе стороны под водопровод, канализацию и трубы для подачи газа в фонари. По обе стороны от будущей улицы оставалось достаточно места для размещения четырех рядов домовых участков с переулками, соединяющими дальние линии с главной дорогой. Понемногу из расчищенных кусков дороги, набитых по углам межевых колышков, протянувшихся вдоль дорог цепочек людей, роющих канавы, стал складываться ощутимый образ будущего поселка. Казалось, и работавшие здесь люди почувствовали, как почти зримо встают на пока еще пустых участках будущие дома. Хотя никто из них не знал, какими именно они будут.

Во время короткого перерыва Тодора нашел посыльный, передавший приглашение от мэра на деловой ужин.

– Иди, приведи себя в порядок, – предложил Себастьян. – Нам завтра первое «яйцо» сажать, надо договориться о стройматериалах. Как раз с мэром будет о чем побеседовать. А мы тут справимся.

Второй визит в дом мэра произвел на Тодора вполне благоприятное впечатление. Его проводили в кабинет, где присутствовали несколько местных шишек, а на столах были разложены чертежи. Главный архитектор докладывал о последствиях пожаров. Один план показывал сетку улиц и участки домовых строений до катастрофы. Жуткое переплетение узких и извилистых улочек, как показалось Тодору, сохранившихся с первых лет основания на этом месте поселения. На следующем были закрыты плотной штриховкой разрушенные или сгоревшие и не подлежавшие восстановлению дома. Третий план представлял собой вариант будущей застройки.