– Мне нужно с тобой поговорить, – заявила Джорджина, готовая к бою.

– Я знаю, что ты хочешь сказать. Если ты перестанешь хмурить свой очаровательный лобик, то в следующий раз сможешь заплатить по счету.

– О! – Джорджина растерялась. Она победила, еще не начав войну. – Как ты догадался, о чем я хочу поговорить?

– Ты бросала на меня мрачные взгляды с той самой минуты, как официантка положила передо мной счет. Был момент, когда мне показалось, что ты вот-вот вступишь со мной врукопашную.

Был момент, когда ей показалось то же самое.

– Я бы никогда не вступила в схватку на людях.

– Рад слышать это. – В свете приближающегося вечера она увидела, как уголки его губ слегка приподнялись. – Потому что я бы тебя победил.

– Возможно, – сказала Джорджина, решив не спорить. – У тебя есть пинцет?

– А зачем он тебе, брови выщипывать?

– Нет. Вытащить занозу.

Джон прошел в столовую и зажег свет над обеденным столом.

– Дай взглянуть.

– Да там ничего особенного.

– Дай взглянуть, – настойчиво повторил Джон. Вздохнув, она сдалась и, пройдя в столовую, протянула Джону руку.

– Ничего страшного, – заключил он.

Джорджина наклонилась вперед, чтобы получше рассмотреть свой палец, и они едва не стукнулись лбами.

– Какая огромная!

Джон вдруг нахмурился и сказал:

– Я сейчас приду. – Он ушел и вернулся с пинцетом. – Сядь.

– Я могу вытащить занозу сама.

– Знаю, что можешь. – Он развернул стул и сел на него верхом. – Но мне это сделать проще, потому что я могу пользоваться обеими руками. – Он оперся локтями на спинку и указал Джорджине на другой стул. – Обещаю, что тебе не будет больно.

Джорджина села и протянула руку, намеренно стараясь сохранять приличную дистанцию. Однако из ее намерения ничего не вышло, так как Джон тут же передвинул свой стул так, что теперь Джорджина коленками касалась деревянной спинки. Тогда она как можно дальше отклонилась назад. Джон взял ее руку и сильно сжал подушечку пальца.

– Ой! – Джорджина попыталась вырвать руку, но Джон держал крепко.

– Разве больно? – спросил он.

– Еще как!

– Успокойся. – Джон сосредоточился на занозе. – Ты сидишь как на иголках. Или ты боишься, что я проткну тебя пинцетом?

– Нет.

– Тогда успокойся, я почти закончил.

Успокоиться, когда он сидит так близко, склонив свою темноволосую голову над ее рукой? Джорджина чувствовала тепло его тела даже сквозь тонкий хлопок своего платья. Она отвела взгляд от Джона и осмотрелась вокруг. И встретилась взглядом с Эрни, который смотрел на нее с фотографии. Она помнила его милым стариком. Интересно, подумала она, где он сейчас и что сказал, узнав о Лекси. Джорджина решила спросить об этом.

Не поднимая головы, Джон лишь пожал плечами и ответил:

– Я еще ничего не говорил ни деду, ни матери.

Это удивило Джорджину. Тогда, семь лет назад, ей показалось, что у Эрни с Джоном очень доверительные отношения.

– А почему?

– Потому что они оба достали меня разговорами о том, чтобы я снова женился. И если они узнают о Лекси, то пулей понесутся в Сиэтл. А мне нужно время, чтобы получше узнать Лекси, прежде чем мое семейство набросится на меня. Кроме того, мы ведь договорились пока ничего не рассказывать ей. Если же тут появятся мама и Эрни, от столь пристального внимания Лекси почувствует себя непривычно.