Робин изучающе рассматривала Раджана, пока тот наливал темную густую жидкость из серебряного кофейника, поставленного слугой в центре стола. Он превратился в красавца-мужчину. Лицо его было несколько худым и костлявым, но глубоко посаженные темные глаза имели красивый косой разрез, прекрасно очерченные губы сложены в полуулыбку. Пожалуй, нос был немного длинноват, но это не умаляло его красоты.

– Кофе? – спросил он, передавая ей чашку.

– Да, спасибо.

– У вас прекрасная улыбка.

– Спасибо, – еще шире улыбаясь, она взяла чудесную фарфоровую чашечку.

Робин услышала, как кто-то, мягко ступая, входит в комнату. Она обернулась и увидела в нескольких футах от себя миловидную темноволосую девушку. На вид ей было лет семнадцать. Кремового цвета блузка и черные джинсы, облегавшие стройную фигурку, были, очевидно, подобраны так, чтобы придать ей облик американки, но темно-оливковый цвет кожи, блестящие черные волосы ниже плеч и косой разрез карих глаз безошибочно указывали на ее арабское происхождение.

«Принцесса Мадхури», – подумала Робин. Она слегка опустила длинные ресницы, чтобы скрыть свой жадный интерес к девушке, которая была точной копией Раджана, хотя черты ее лица, были, конечно, более нежными.

– О, Мадхури, ты все-таки решила присоединиться к нам? – с напускной вежливостью спросил шейх.

Несмотря на улыбку Раджана и его легкий тон, Робин почувствовала в нем едва сдерживаемую ярость. Его бездонные черные глаза еще больше потемнели. Достаточно было перевести взгляд с темного неулыбчивого лица принцессы на лицо Раджана, чтобы заподозрить, что не все ладно между братом и сестрой. Опыт и чутье репортера подсказывали Робин, что разногласия между Раджаном и его сестрой коренились не только в настойчивом желании Мадхури присоединиться к свите шейха.

Мадхури обернулась и посмотрела на нее. Вспомнив о правилах хорошего тона, Робин хотела было выразить свое почтительное отношение к девушке, занимавшей высокое положение в обществе, но принц взял ее за руку. Робин в смущении медленно опустилась на свою подушку и вопрошающе посмотрела на Раджана.

– В этом нет никакой необходимости, – громким шепотом сообщил он ей.

Робин была удивлена его резким и невежливым поведением. Она уставилась на шейха, лицо ее выражало смесь смущения и раздражения. Раджан улыбнулся:

– Как вы убедились, моя сестра очень быстро все у вас перенимает. – В голосе определенно слышалось порицание.

Как же все это свойственно мужчинам! Робин бросила быстрый пренебрежительный взгляд на безупречно одетого шейха. Ему можно перенимать западный стиль одежды, но от Мадхури он явно ожидал, что она будет носить арабское платье. Все тот же двойной стандарт.

– При встрече с другой американкой вы бы просто сказали «здравствуйте». Не так ли? – попытался исправить положение принц.

Быстрый взгляд на лицо Мадхури, на котором можно было прочитать упрямство, вызвал у Робин тревогу. Глаза девушки сверкали. Она надула свои милые губки. Робин понимала, что зреет ссора, и если не предпринять шагов для снятия напряженности, то и сама Робин окажется в ней замешанной. Интуиция подсказывала, что легче успокоить Мадхури.

– Принцесса Мадхури, очень рада с вами познакомиться. – Мягко отведя удерживавшую ее руку Раджана, она встала и небольшим поклоном поприветствовала девушку.

Мадхури это явно пришлось по душе.

– Можете сидеть.

Робин подождала, пока сядет принцесса. Она молча восхищалась грацией, с которой та опустилась на подушку. Женщина села и заметила, что сестра и брат внимательно смотрят друг на друга.

«Этого мне только не хватало!»

Тишина была гнетущей.