– Итак?… – заговорил герцог, выждав несколько секунд. – Что ты можешь нам сказать?

Джозеф стоял на прежнем месте – у самой двери.

– Лиззи – моя дочь, – объяснил он. – Ей почти двенадцать лет, хотя она выглядит младше. Она родилась слепой. Я обеспечиваю ее всю жизнь, я был с ней с первых дней. Я люблю ее.

– Удивительно милая девочка, Джозеф, – откликнулась мать. – Как жаль, что она…

Герцог взглядом заставил ее умолкнуть.

– Джозеф, мне не нужны подробности. Разумеется, ты обязан обеспечивать своего внебрачного ребенка. Иного поступка я и не ждал от джентльмена и моего сына. Я жду других объяснений: почему этот ребенок живет по соседству и почему появился сегодня здесь, в Элвесли, куда, как тебе известно, были приглашены твоя мать, сестра и невеста?

Как будто Лиззи – разносчица заразы! Впрочем, с точки зрения высшего света так оно и есть.

– Я надеюсь отправить ее в школу мисс Мартин. Мать Лиззи умерла в конце прошлого года. Сегодня Лорен предложила мисс Мартин и мисс Томпсон привезти девочек на пикник.

– И ты не удосужился объяснить им, – побагровев от гнева, продолжал герцог, на виске которого судорожно билась жилка, – что брать с собой слепого ребенка – верх вульгарности?… Нет, не отвечай! Я не желаю слушать! И не пытайся объяснить свою отвратительную вспышку после того, как Уилма и мисс Хант упрекнули эту учительницу. Ей нет оправданий.

– Уэбстер, успокойся, – вмешалась мать Джозефа. – Иначе тебе опять станет плохо.

– По крайней мере, Сэди, ты будешь знать, кто в этом виноват.

Джозеф сжал губы.

– Я требую, – продолжал его отец, – чтобы с сегодняшнего дня ты ни словом не упоминал о своих интрижках в присутствии матери, Уилмы и мисс Хант. Ты сейчас же, при мне, извинишься перед матерью. Потом извинишься перед Уилмой, леди Редфилд, Лорен и герцогиней Бьюкасл, чей дом бездумно осквернил. Ты помиришься с мисс Хант и заверишь ее, что больше она никогда не услышит от тебя ничего подобного.

– Мама, – Джозеф перевел взгляд на мать, прижимающую стиснутые руки к груди, – сегодня я расстроил тебя – и на пикнике, и сейчас. Я горько сожалею об этом.

– Ох, Джозеф, тебе пришлось тяжелее, чем любому из нас, когда бедняжка пропала, – вздохнула герцогиня. – Она не пострадала?

– Сэди… – Герцог угрожающе нахмурился.

– Только испугалась и выбилась из сил, мама, – объяснил Джозеф. – Но в остальном невредима. С ней осталась мисс Мартин. Думаю, сейчас Лиззи уже спит.

– Бедняжка… – повторила его мать.

Джозеф взглянул на отца.

– Пойду разыщу Порцию, – сообщил он.

– Она с твоей сестрой и Саттоном в цветнике, – известил отец.

Это его порицает отец, напомнил себе Джозеф, покидая библиотеку, – за разрешение привезти Лиззи в Линдси-Холл и Элвесли, где она очутилась в кругу его родных и встретилась с его невестой. И за то, что он публично признал Лиззи дочерью.

Против Лиззи как таковой герцог ничего не имеет. Но черт побери, можно подумать, будто именно девочка раздражает его сильнее всего!

«…твой внебрачный ребенок…»

«…этот слепой ребенок…»

Ему следовало бы устыдиться.