Она вопросительно подняла брови.

– Он такой же извилисто-грациозный. Ты очень сексуальна, Феникс.

– Ты, должно быть, каждый день встречаешься с сексуальными женщинами. Меня никогда не спрашивали… Со мной никто так не обращался, как ты. – Она начинала заводиться. – В вашем клубе мне нужно ожидать приставаний?

Он накрыл ладонью ее руку, кончиками пальцев начал массировать ей запястье.

– В клубе пять партнеров. Каждый из нас вносит в дело нечто свое, что привлекает людей определенного типа.

«А что вносишь ты?» – чуть было не вырвалось у нее.

– Ванесса – настоящая графиня. Вдова европейского графа. Есть люди, которые любят купаться в лучах света, исходящего от знати – пусть даже не первой величины. А у нее, конечно, есть связи.

– То есть люди… Они платят за то, что она вводит их в высшие круги?

– Попросту говоря, да. Остальные партнеры – сэр Джеффри Фуллертон, Майлс Вилбертон – достопочтенный Майлс Вилбертон и Пьер Борж.

Богатые женщины, не имеющие партнеров, заплатят целое состояние, чтобы появиться на больших мероприятиях под руку с каким-нибудь сэром, который к тому же служил в Уэльской гвардии, или с неким достопочтенным, который раньше был капитаном английских конногвардейцев, или с отставным офицером швейцарского альпийского корпуса, который принадлежит к семье швейцарско-французских банкиров Боржей.

Феникс понадобилось некоторое время, чтобы переварить эту информацию. Наконец она произнесла:

– То есть это всего лишь высококлассные услуги по сопровождению?

Вопрос вызвал у него кривую усмешку.

– Значительно больше, чем услуги по сопровождению. У нас есть специальные… комплексы услуг. Да, пожалуй, будем называть их комплексами. Некоторым нравится затесаться среди людей, к кругу которых они не принадлежат. Мы можем это для них организовать, так же как и ряд других, сугубо специфических вещей.

Вещей, о которых он ни за что не хотел рассказать. Как во все это вписывалась Эйприл?

– А что ты делаешь? Я имею в виду, – она состроила самую кокетливую гримаску из своего арсенала, – у тебя ведь тоже должна быть своя специальность, так?

Он сжал челюсти с такой силой, что на скулах выступили желваки. Ему явно потребовалось усилие, чтобы расслабиться.

– Я служил в СЕАЛ. В морской пехоте.

Феникс нахмурилась, надеясь, что лицо ее осталось бесстрастным. Но внутри у нее все перевернулось. Это уже не изнеженный британец из высшего общества, готовый – за определенную плату – облачиться в пахнущий нафталином фрак.

Роман от души рассмеялся:

– Вижу, что ты под впечатлением. Мы в своем роде коммандос. Ватага сумасшедших, готовых пойти в огонь и в воду, только чтобы доказать, какие мы крутые. – Он положил книгу на колени и продолжал заниматься ее запястьем. – Да, мы обладаем определенной репутацией, которую подчас раздувают до невероятных размеров. Есть люди, желающие общаться с теми, кто, по мнению некоторых, мало чем отличается от наемников.

– Но вы не наемники?

Он чуть сполз по дивану и опустил веки.

– Наемники не работают только на свою страну.

Феникс знала, что это за тип. Опасные люди. Люди, которые молча появляются и исчезают на суше, в море и воздухе. Феникс слышала про СЕАЛ. Люди, которых учат убивать, используют, когда традиционные методы бесполезны.

Она исподтишка разглядывала Романа. История его жизни скрывалась в глубоких линиях на его красивом, грубоватом лице. Его расслабленность была кажущейся. Чтобы стать тем, чем он стал, Роман Уайлд должен был выучиться все время быть начеку – даже во сне. Часами бегать по песку, в армейских сапогах, с боевым снаряжением более ста фунтов весом.