Разве ты не видишь, насколько это опасно? Они узнают. Обо всем этом. Про Дом. Они

любят подобные загадки.

– Ты сама первая приняла вызов. – Я не могу позволить ей видеть, что это способ

безудержной манипуляции с моей стороны, и я опускаю руки, беря ее лицо в свои ладони.

– Я обещаю, ты не будешь в долгу перед ними. И я тоже.

– Это больше политическая ложь? Я беру всю ответственность на себя, выходя за

определенные рамки. Но они моя семья – это мое решение в том, как мне заставить их

отстать от меня.

– Ты права. – Я смотрю в ее глаза. – Нет никаких аргументов, чтобы ты заключила сделку

со своей семьей. Так же как и со мной, в моей хреновой ситуации.

Она закрывает глаза.

– Не надо меня успокаивать.

Я качаю ее, пока она не открывает свои невероятные глаза.

– Я не успокаиваю. Я не могу выйти и сказать Вице–президенту отвалить, если мы хотим

остаться незамеченными. Мы должны быть умнее в том, как нам действовать в этой игре.

Что я могу сделать, чтобы помочь тебе?

Ксавия пожимает плечами.

– Я не знаю. Это зависит от моей бабушки и дедушки. Может быть, даже от Патрика. Мы

должны будем видеть, как они реагируют, что они делают.

– Мы играем в политические шахматы, – напоминаю я ей, опуская мои руки на ее плечи, и

целуя в висок.

– К счастью, у меня есть многолетний опыт, – Она прижимается ко мне, обхватив мои

руки, в то время как ее пальчики вырисовывают крошечные круги у меня по коже. – В

нашей семье играя в игры – это сродни тому, как мы относимся друг к другу.

– У влиятельных семей всегда есть  тайные намерения. Не только у твоей, – Обняв ее, я не

хочу ее отпускать. Не из–за того, что ее голос стал мрачным. В моей голове крутится план

как мне не потерять из виду игроков и что нужно сделать. Что касается ее, я разберусь с

этой мерзкой душепродажной игрой – черт возьми, я собираюсь быть сытым по горло

ублюдком, когда дело доходит до защиты этой женщины.

– Боже, я думаю, я всегда знал, что когда–нибудь наступит этот день.

Глава 8

ТАКАЯ ПРИЯТНАЯ БОЛЬ.

В воскресенье вечером я сижу в своей машине, крепко сжав челюсть. Я просто должен

перестать разрешать водить меня за нос и покончить с этим дерьмом. Почему я злюсь?

Из–за того, что у меня очередной приступ и я сижу около квартиры Ксавии и слежу за ней.

Чуть ранее, я высадил ее и был в твердой уверенности ехать на работу. Объем работы,

навалившийся с отчетами подкомитета, подлежал к выполнению вчера.

Без проблем. Я в ударе. Выдавая огромное количество отчетов, проводя анализ результатов

исследований для юридического обоснования, и вдруг, Арчер отправляет мне информацию

на семью Ксавии. Определенно, что–то происходит и на этот раз сообщение Арчера опять

чертовски   загадочно.   Это   сообщение   гласит,    что   мне   нужно   внимательно   следить   за

квартирой своей сабы – как будто я и так не был похож на пресмыкающегося. Клянусь, что

не собираюсь ничего предпринимать, пока не установлю связь с Арчером, за исключением

того, что он не отвечает на мои смс или звонки, когда я звоню этому засранцу.

Сейчас, четыре часа спустя, вот он я, сижу в припаркованном у ее дома автомобиле будто

сталкер   и   все   становится   еще   хуже.   У   меня   есть   подозрение,   что   мне   необходимо

выяснить, насколько заинтересованы ее бабушка с дедушкой и правда ли, что свой своему

поневоле брат.