И вот, началась Война Хаоса. Ведомые первостихией инсектоиды хлынули в чужой мир. В своём высокомерии они даже не рассматривали вероятность поражения. И правда, вторжение началось с одних побед. Противник падал под точными ударами серпообразных клинков, отдавая территории и ресурсы.

Перелом случился неожиданно. Обладая высокими адаптивными возможностями, враги непрерывно изучали особенности жуков. Вскоре они полностью сменили тактику. Начав с мелких побед, спустя время полностью остановили наступление, а позже и вовсе развернули его вспять. Закончилось всё плачевно — ведомые праведным гневом враги вторглись уже в их мир. Ну а позже жестокий Хаос забрал свою плату за поражение.

Игнат прослушал речь Изыскателя с большим интересом. Ранее королева уже рассказывала ему, но под иным углом. Когда жук закончил, они уже подходили к покоям правительницы.

«Я примерно понял, — ответил хаосит. — Ты хочешь использовать мой опыт».

«Именно так», — ответил инсектоид.

«Хорошо, — мужчина не нашёл в объяснении жука ничего плохого. — Я постараюсь».

«Дело не только в нем, — дополнил Изыскатель. — Но и в тонком искусстве импровизации. Нашей расе оно недоступно».

Вот в этом жук был прав. Ещё путешествуя с Ксионом, сноходец заметил его несколько примитивный подход в битве.

Решив этот вопрос, Игнат обратил внимание на окружающее пространство. Впереди уже мерцал холодным светом вход в покои королевы.

«Хорошо, — Игнат направил поток трансляции мыслей на всех воинов. — Тогда сейчас вы поступаете под моё командование».

Ксион и два жука направили мысленное подтверждение его полномочий. Хаосит невольно ощутил волнение. В его глазах инсектоиды были совершенными воинами. Их подчинение будило странные ощущения в душе человека.

Он окутал себя и всех остальных аспектом сокрытия. Вместе они подошли к пробоине, ведущей в хоромы мёртвой королевы. За прошедшие дни здесь ничего не изменилось. Это был всё тот же чертог смерти, запечатлевший последствия жестокого сражения и полное уничтожение Семьи.

Взгляд мужчины, усиленный навыком, обнаружил конденсаторы, заполненные некротической энергией. Выглядящие как камни, испускающие гнилостный зелёный свет, они имелись в большом количестве повсюду.

«Очень много источников некротической силы, — озадаченно подумал Игнат. — Задачка будет не из простых».

Он не мог уничтожить их все одновременно, поэтому риск стихийного восстания нежити был высок. Опыт хаосита подсказывал — где есть шанс, что случится проблема, там она обязательно случится.

Повернувшись, Игнат идентифицировал своих новых солдат. Помимо стандартной высокой мощи в ближнем бою, один из них обладал неплохим потенциалом дистанционных атак. Только Изыскатель не имел боевых возможностей, но он и не собирался участвовать.

«Атаковать будем отсюда, — он направил мыслеречь своим новым солдатам. — Я бью издалека, вы ждёте нежить. От дальних ударов прячемся…».

Игнат быстро распределил роли. Исполнительные жуки внимательно восприняли приказы. Им предстояло принять ближний бой, если всё пойдет не по плану. Человеку же отводилась роль того, кем он и был — хрустальной пушки, которая нанесёт максимальный урон в дальнем сражении.

«Вопросы есть?» — спросил мужчина.

Инсектоиды ожидаемо промолчали.

«Настоящие самураи, — подумал хаосит, после чего дал мысленное распоряжение. — Занимайте позиции».

Проводив взглядом быстро переместившихся жуков, Кедров вновь обратился к мёртвому чертогу. Хоть накопители, полные некротической энергии, и не были связаны, но они будто бы мерцали в одном ритме.