Если в потенциал аномалии Игнат верил, то в план утащить из-под носа Ордена нечто столь серьезное — нет.

«Куда мы это утащим? — задался он вопросом. — И как»?

«Перенос аномалии в пространство Кошмара вызовет слишком мощный резонанс, который будет замечен хаоситами, — начал рассуждать Титан. — Поэтому вариант один — перенос аномалии на твою родную планету. После войны она еще не успела пойти на контакт с другими мирами хаоситов».

Игнат замер, обдумывая услышанное.

«Перенос Аномалии на Землю, — произнес он — Как это вообще может быть реальностью»?

Он представил, какие катаклизмы на родной планете вызовет нечто столь мощное. Или того хуже — вообще сотрет человечество в пыль.

«Оказавшись здесь, пока ты был в беспамятстве, я вернул часть своих воспоминаний, — обратился к нему Титан. — У нас сейчас нет времени, но уверяю тебя — это и есть главная возможность обезопасить твой родной мир».

Думать времени совсем не было. Игнат ощущал, как время утекает сквозь пальцы.

«Хорошо, черт возьми! — воскликнул он, желая уже просто унести ноги. — Что надо делать»?

«Войди в контакт с развернутым нежитью конструктом, — тут же перешел к делу Титан. — Мы используем его для установления контроля над ядром аномалии».

Звучало вполне логично. В конце концов Титан был виртуозом построения конструктов, а аномалия представляла собой энергию этого существа при жизни. Он должен был суметь справиться с задачей.

Переместиться с первого раза не получилось. Однако действуя по наитию, Игнат приказал разлитой вокруг энергии переместить его. Плавно, будто пространство исказилось, он приблизился к одному из конструктов нежити. Полыхая зеленью, те делили округу на сектора, словно сетка на листах тетради.

Игнат ожидал неприятных ощущений, когда напитанный некротической силой луч коснулся живой плоти. Но к его удивлению, в этот момент он ощутил, как что-то в его сущности начинает поглощать некротическую силу.

«Веном?» — вскинулся он.

Во время битвы, обратившись в живой Хаос, он вообще забыл о симбионте. Однако тот не просто выжил, но каким-то образом вошел в контакт и объединился с живой плотью хозяина.

«Не отвлекайся, — обратился Титан. — Сконцентрируйся на связи и передавай мои импульсы в конструкт нежити».

Игнат послушно отринул посторонние мысли. Превратившись в живой ретранслятор, он начал передавать сигналы Титана, объединив того с сетью нежити. Войдя в полноценный контакт, он невольно ощутил, насколько гигантским было созданное Орденом творение.

Едва ли можно было измерить ядро аномалии как обычное пространство, но основное облако концентрированной энергии занимало километры. И все это опоясывал кропотливо возведенный нежитью конструкт, что каким-то образом должен был помочь нежити взять контроль над аномалией.

Не успел Игнат обдумать это, как конструкт будто ожил, передав Титану обратный импульс. Мужчина понял, что это мыслеобразы. Погрузившись в них, он невольно считал содержимое.

Продолжая быть посредником между Титаном и сетью нежити, Игнат воспринимал все ответы, что та отправляла на запросы. Он ощутил, что могучий конструкт опоясывает все ядро аномалии и даже входит с ним в контакт.

«Нежить определенно где-то похитила мои разработки прошлого, — произнес Титан. — Иначе у них никогда не вышло бы создать нечто столь серьезное».

Сам Титан не смог бы взять под контроль энергию аномалии. Однако структура нежити была словно создана для управления ядром.

То, что у Титана получается, стало ясно сразу. Подтверждая это, Игнат ощутил, как по разлитой вокруг энергии, будто дрожь после долгой спячки, прошла рябь.