Фанатик вскинул сжатый в руке старого вида клинок. Однако удар, что должен был оборвать жизнь знатного альтийца, так и не случился.

Веном обрушился сверху, словно ночной кошмар. В одно мгновение сковав фанатика в кокон, он умертвил его. Одновременно с этим к месту событий подоспел Игнат. Хаосит быстро взял в захват альтийца, не давая ему что-нибудь учудить. Благо, тот и не сопротивлялся.

«Кто ты такой?» — обратился к нему Игнат.

Он ощущал, как теряет время, но бросить все и идти наверх наобум, когда под рукой такой удобный источник информации, также было большой глупостью. Игнат решил выяснить, что происходит. Пленник не отвечал: он явно впал в ступор. Хаоситу пришлось применить легкое давление, чтобы заставить его успокоиться.

«Говори, — потребовал Игнат. — Что происходит в городе?».

Не сразу, но альтиец начал давать ответы, и Игната они не порадовали. Он уже давно задавался вопросом, что за ерунда творится в альтийской столице. Все оказалось просто — вокруг происходила самая настоящая жатва.

«Что? — он усилил давление. — Что хочет Абалим?»

Слушая объяснение запуганного альтийца, Игнат вспомнил информацию, полученную от Хозяина Перекрестка. Медленно к нему пришло понимание ситуации.

Абалим хотел проявить в реальном мире свой аватар. Для этого ему требовалась кровь подданных и жизнь врага. Врага, помеченного меткой как истинного противника. То ли из-за насмешки судьбы, а может, по четкому плану, бога, Игнат пришел в нужное место, в нужное время.

Портал он открыл, когда уже доосмыслил произошедшее. Схватив альтийца, Игнат спешно зашвырнул того в безопасное пространство Кошмара. Самым простым было бы уйти вслед за ним, сбежать от опасности. К сожалению, простой выход не всегда верный.

Глава 17

Игнат давно пришел к пониманию, что боги — это нечто куда более сложное, чем просто «очень мощный монстр». Разговор с Хозяином Перекрестка в чем-то разъяснил суть богов, а в чем-то лишь добавил вопросов.

Источником силы для них являлись верующие, что поклонялись и молились материальным символам своего покровителя. Неудивительно, что символизм пропитывал все, что было связано с богами. И метка на руке Игната также была атрибутом, имеющим свое значение и действие.

Абалим опознал Игната как своего врага. С этого момента работали механизмы, о которых человек ничего не знал. Вот только незнание не освобождает от ответственности.

Он уже несколько раз уходил от слуг Абалима и сам не заметил, как привык к этому способу решения проблемы. В этом и была некая опасность, о которой предупреждал Хозяин Перекрестка. Момент, из которого бог получал силу и обретал преимущество.

Война Хаоса предполагала сражение, а не бегство. Если воин первостихии уходит от своего врага с поля боя, когда он не готов, это отступление. Если он делает это, когда вооружен для битвы — это бегство. Игнат и сам начинал ощущать, что если сбежит в очередной раз, то в следующий раз решиться будет многократно труднее.

«Я должен, — подумал Игнат, стараясь убедить самого себя. — Если меня пригласили на такой бой, то кто я такой, чтобы отказываться?».

Решиться было нелегко. Там впереди был враг, что возвышался над смертными. Существо, чье могущество опутывало весь мир. В противовес ему Игнат все еще подсознательно считал себя человеком.

Сжав зубы, хаосит развеял портал в Кошмар. Как только путь для бегства был закрыт, он ощутил, что стало легче решиться, и неважно кто впереди — Бог или Дьявол. За спиной Игната первостихия, чья мощь не уступает ни одному врагу.

Думая об этом, хаосит сделал шаг, а за ним второй, третий.