Детальное сканирование чужого разума на нужные воспоминания и удаление некоторых стало вершиной всего, что узнал Игнат. В процессе он понял, что сам еще не скоро сможет так филигранно повторить работу, но самое главное — он получил очередной вектор развития. Знания, данные Консулом, уже давали большую пользу.

Прошло более десяти часов кропотливой и упорной работы. Напоследок Игнат перехватил последний взгляд Консула, прежде чем тот ушел в кому. В нем были лишь непонимание и растерянность. Ксенос явно не осознавал происходящего и уже ничего не помнил. После этого он закрыл глаза.

Внезапно для себя Игнат ощутил тяжесть на душе. Да, они не стали друзьями за эти дни. Но общая цель и долгая совместная подготовка к достижению этой цели в чем-то сроднили двух адептов.

Вместе с информацией Игнат невольно видел отрезки жизни Консула. Как тот учился и постигал истину, боролся за жизнь, радовался, злился или горевал. Погружаясь в эпизоды его жизни, Игнат как будто становился их участником. Воспоминания невольно становились общими, как это бывает только с друзьями детства. А теперь он собственноручно стер себя из памяти Консула.

«Надо было хоть поблагодарить», — грустно усмехнулся Игнат.

Момент, когда Алазан перестал давать ему указания и начал погружаться в небытие, он упустил, а сейчас это было уже бессмысленно. Существо, которого он знал, больше не было. Игнат неожиданно обрел если и не друга, то хорошего товарища. Как это часто бывает, понимание пришло только после утраты.

В этот момент разум мужчины посетила какая-то смутная мысль. Но он был уже слишком измотан, чтобы над чем-то еще размышлять. Закрыв глаза, Игнат уснул здесь же, в безопасном закутке Кошмара.

* * *

Сон прошел муторно. Мужчину одолевали смутные видения. Куски памяти Алазана, коих он насмотрелся в достатке, переплелись с воспоминаниями Титана и казались просто каким-то бредом.

Проснулся хаосит резко. Дернувшись, он глубоко вздохнул, будто вынырнул из-под толщи воды. Встав, Игнат потянулся. Тело ощущалось разбитым и ни капли не отдохнувшим.

«Похоже, перенапряжение дало о себе знать», — подумал он.

Взгляд невольно упал на лежащего в своем углу Консула, освежая воспоминания. Игнат подошел и оценил свою работу. Жизнь в ксеносе едва теплилась, сознание было надежно подавлено.

— Счастливчик, — невесело усмехнулся Игнат, глядя в умиротворенное лицо Алазана. — Свалил все на меня и дрыхнешь. А мне теперь пахать и пахать.

Напряжение из-за предстоящих событий нарастало, словно снежный ком.

— Так что пора мне просыпаться, — произнес он. Взгляд хаосита упал на черный ком слизи, лежащий в углу. — И тебе тоже.

Наличие Венома было обязательным в штурме базы, а значит, пора было его будить.

Забрав симбионта, хаосит покинул пространственное убежище и оказался в своих покоях. Там он бросил Венома на кровать. Тут же на нее вспрыгнул Бамбик и уставился на бесчувственного «напарника».

— Да живой он, живой, — успокоил пса Игнат. — В смысле, мертвый, конечно, но не больше, чем обычно.