— Так давайте вернемся к вопросу продажи вам части бывшего US Navy. Нам все корабли не нужны. Лучшие, понятно, продать не смогу. Меня не поймут.

— А сколько сможете? И какие?

— Если говорить о капитальных кораблях, то я могу вам продать линкоры типа Флорида, типа Вайоминг, типа Нью-Йорк и типа Невада. Итого восемь линкоров, половина с 305-мм пушками, половина с 356-мм. Что вы с Флоридой будете делать — не знаю. А вот Вайоминг вполне можно переделать в этакий усеченный Нью-Йорк с 356-мм пушками.

— Переделка — долгая история.

— Но куда быстрая и дешевая, чем строить новые корабли. Вы ведь, наверное, уже знаете о нашей программе перестройки линкоров?

— Нет, не слышал.

— Серьезно?

— Слухи ходят всякие. И о том, что вы собираетесь строить много линкоров новейшего типа. Но перестройка…

— Дело в том, что линкоры типа Пенсильвания, Нью-Мексика, Теннеси и Колорадо очень близки корпусами. Что позволяет в рамках модернизации получить десять по сути однотипных линкоров.

— Именно для них вы 406-мм пушки закупаете?

— Среди прочего. Да. Восемь 406-мм пушек на корабль — это будет единый стандарт. В остальном мы заменим силовые установки, поставив наши звездообразные дизеля. У них куда выше КПД и компактность размещение. Что позволить поднять энерговооруженность кораблей. Ну и так далее. Общая идея — привести к единому стандарту размер, калибр и скорость кораблей.

— Не проще ли построить новые корабли?

— Не проще… увы… Корпус — это порядка семидесяти процентов стоимости корабля. Тем более линкора. Кроме того — мы пока не выходили из Вашингтонского договора и это накладывает определенные ограничения.

— А почему? Почему вы не выходите?

— Потому что из него не выходят японцы. И одним из условия мирного договора между нашими странами является соблюдение ими условий Вашингтонского договора с учетом московских протоколов. Просто для того, чтобы они не настроили настоящих морских монстров в семьдесят-сто тысяч тонн водоизмещения.

— Но это же удар по экономике! Вы же сами об этом говорили.

— Да. И говорил, и говорю. Но уничтожение линкоров с ростом их водоизмещения стремительно усложняется. И если они построят хотя бы с десяток линкоров тысяч в сто водоизмещения, это будет беда.

— Ваша авиация отлично себя показала.

— Только потому, что ни у англичан, ни у японцев не имелось хороших зениток. Да и те, что имелись, использовались посредственно. После этих оплеух они точно ими займутся. И авиацией. Большой же линкор может нести СТОЛЬКО зенитной артиллерии, что там полки авиационные станут испаряться при приближении к нему. Особенно если он не в одиночке будет, а в хорошо организованном ордере.

— Так может нам всем такие строить начать?

— А чем вы их топить будете? Танкеры с десятками тысяч тонн взрывчатки в качестве брандеров использовать? Да только второй раз не получится. Уверен — вывод сделают и разработают систему дальнего периметра из легких сил.

— На рейде Хельсинки вы применили в качестве брандеров суда поменьше.

— Так они тем же приемом блокируются. Просто англичане действовали ограниченным, несбалансированным ордером и не знали, что делать. Не ожидали такой угрозы. Второй раз это уже не пройдет.

Петен задумался.

— Моя сила в инновациях. Я иду на шаг впереди. Из-за чего снимаю сливки. Авиация не станет бесполезной. Нет. Просто она встретит надежное противодействие в лице развивающихся сил ПВО, которыми перестают пренебрегать.