Майк пихнул меня локтем в бок.

– Узнай у нее, может, она согласится ненадолго покинуть эту духоту и гроб мужа. Подружись с ней, Куп. Прояви сочувствие – если еще помнишь, как это делается.

Майк и Мерсер остались стоять у двери, а я подошла к вдове:

– Миссис Варелли, я Александра Купер.

– Приятно познакомиться, мисс Купер. Вы, наверно, знали Марко?

– На самом деле нет, миссис Варелли. Пройдемте со мной в другую комнату, я объясню вам причину визита.

– Мы прожили вместе шестьдесят два года, мисс Купер. За все шестьдесят два года ни одной ночи не провели раздельно. Что я стану без него делать? – Она схватилась за гроб и заговорила, обращаясь к мужу: – Я отойду на минутку, Марко. Узнаю, что нужно этой юной леди.

Она протянула мне руку в белой перчатке, я подхватила ее под локоть, помогая встать.

– Все здесь считают, что я только что приплыла из Неаполя. Есть ли у меня место на кладбище? Не нужна ли мне квартира? Или билет обратно на родину? Я родилась в Ньюарке, в Нью-Джерси. Прожила здесь всю жизнь. А эти люди думают, что я дура. Думают, я продам картины Марко или превращу его студию в клуб Молодежной христианской организации. А я хочу только, чтобы Марко поднялся и пошел со мной на обед в «Да Сильвано», мы бы сели на улице, как всегда в теплую погоду. Художники бы поглядывали на Марко с уважением, а Марко поглазел бы на молодых девушек. Я бы выпила пару бокалов вина, и мы отправились бы домой, счастливые. После шестидесяти двух лет вместе мне очень одиноко, мисс Купер. Вы хотите что-то продать или купить? – Пока она говорила, я провела ее мимо Майка с Мерсером в пустую мрачную комнату, ожидающую очередное хладное тело.

Со своей прямой осанкой, хрупким телосложением и живым умом миссис Варелли казалась воплощением элегантности.

– Я помощник окружного прокурора, миссис Варелли. Работник прокуратуры.

– Неужели кто-то совершил преступление здесь.

– Я работаю над одним делом. Расследую убийство женщины, чье тело полиция нашла на прошлой неделе. Судя по всему, мистер Варелли вел с ней дела. Мы с детективами хотели зайти к нему, задать несколько вопросов. Но потом узнали о его кончине. Примите мои глубочайшие соболезнования. Не хотелось бы обременять вас, но, вероятно, вы могли бы назвать имя помощника вашего мужа, который…

Она еще больше выпрямилась и ударила себя кулаком в грудь:

– В своей работе он доверял только мне, мисс Купер. У него было несколько помощников, что выполняли физическую работу – передвигали крупные предметы, – занимались поставками, иногда он брал учеников. Но… от меня у него не было секретов. А кто та убитая женщина?

– Кэкстон. Дениз Кэкстон.

Миссис Варелли резко отвернулась. Она смотрела в сторону и молчала.

– Вы знали ее?

– О покойных нельзя говорить плохо, ведь так?

– Что за дела у нее были с вашим мужем?

– Как и у всех остальных, мисс Купер. Вы знаете, чем занимался Марко?

– Должна признать, что до этой недели никогда не слышала его имени. Но все, с кем я беседовала, заверили меня, что он был замечательным человеком.

– Гением. Так они говорили? Да, он во многом был гением.

Я кивнула.

– Еще мальчишкой, во Флоренции, он изучал искусство в академии. Обожал живопись – не полотно, но краски – они нравились ему даже больше хорошеньких женщин. Но у него самого плохо получалось рисовать.