Ник вдруг резко перестал улыбаться.

— Но я не хочу знать твоего мнения, понятно? Ты здесь для того, чтобы сказать мне, что ты слышал обо мне, о Джоджо, Джеке или об этом мерзавце Чарли с Кинг-стрит. Давай выкладывай все, Дики, у меня не так много времени.

Малыш Дики отпил знатный глоток белого рома из стакана и опять пожал своими детскими плечиками.

— Что ж, все знают, что в Джоджо стреляли. Кроме полиции, разумеется. Но так оно и должно быть. Но вот что я слышал помимо этого: ты собираешься устроить кому-то побег, а этот кто-то твоими руками расправился с Джоджо. Таким образом ты оказал ему некую услугу, не осознавая этого. Я также слыхал, что на юге есть какие-то люди, которые хотят узнать, что происходит. И они готовы заплатить кучу денег, чтобы выяснить это. Вот и все, Ник. А ты собираешься меня просветить?

Ник в задумчивости медленно провел языком по зубам.

— Кто тебе это сказал?

Малыш Дики снова засиял широкой белозубой улыбкой.

— Ну, ты же знаешь, я не разглашаю информацию о своих источниках, Ник. Только благодаря соблюдению этого принципа я и дожил до моих лет. Малыш Дики никогда зря не разевает пасть. Ты лучше, чем кто-либо другой, должен понимать, насколько это разумно.

Ник понимающе кивнул.

— Послушай меня, Дики. Речь идет о крупном деле. Но об этом ты уже знаешь. А теперь еще внимательней меня слушай. Я сделаю тебя своим подручным, и ты должен будешь работать исключительно на меня, пока все это не закончится. Если кто-нибудь еще предложит тебе какие-то гроши, отсылай его ко мне. Ссылаясь на слухи, разумеется. Я тогда лично нанесу этим любопытным визит, и тебе не придется пачкать рук. Я подстрахую тебя. Я все для тебя устрою. Но мне нужно твое слово, что ты работаешь на моего парня. Предупреждаю: при первых признаках двойной игры тебя найдут без башки, языка и хрена. Ты понял, к чему я клоню?

Малыш Дики несколько секунд молча сидел, обдумывая предложение. И Дики, и Ник понимали, что предложение будет принято. Ник, бесспорно, считался королем геев, и под его рукой находилось очень много людей. Однако Малыш Дики оценил сам подход: Ник сделал вид, что спрашивает его. Значит, он понимал правила игры и соблюдал их.

— Хорошо. Но мне нужно пять тысяч вперед. И я хочу от тебя гарантии, что мне не придется иметь никаких общих дел с Элби. Этот парень наводит на меня страх.

На сей раз Ник улыбнулся совсем по-дружески.

— Ты получишь три тысячи вперед. И будешь сосать у Элби член, если я прикажу тебе сделать это. А теперь — к делу. Все сведения, что ты соберешь на улицах, должны немедленно попадать ко мне. Я дам тебе номера моих мобильного и машины. Мне нужны самые горячие новости. И вообще я должен быть в курсе всего, о чем бы ты ни узнал. Неважно, относится это к делу или нет. И какая бы свара ни затевалась — любая, большая или малая, где участвуют пушки или полицейские. Особенно если это на юге. Я должен знать, когда Джоджо О'Нил гадит и жрет. Я должен все знать о его бизнесе. Я должен знать, какой размер лифчика носит старуха Джека Кроуна, где его видели, с кем он говорил. Короче, я хочу знать все.

— А это все включает информацию об Алане Коксе? — невинно поинтересовался Дики.

Ник рассмеялся, глядя в безмятежное лицо старичка.

— Я также хочу узнать, почему сегодня ты уже об этом знаешь! Кто тут слабое звено, Дики? Скажи мне это сейчас, и я дам тебе еще пару тысяч авансом.

— Это был Джонни. — Малыш Дики отметил про себя, что у Ника сразу осунулось лицо. И усмехнулся.

— Но ты не волнуйся, Джонни никому ничего не говорил. Я лишь подслушал в клубе разговор о том, что к Джонни приезжали крупный мужчина и симпатичная женщина. Они подъехали на крутой тачке. Мне не потребовалось много времени, чтобы разнюхать, кто это были.