Эл обратила внимание, что эта небольшая работа отличается яркостью красок. Полихромная мозаика играла яркими тонами. На ней была изображена женщина с охапкой цветов, такая же россыпь была набрана у ее ног.

 - Хлорис? - спросила она.

 - Нет. - Эфроим улыбнулся, - Моя жена считала, что это Афродита.

 - Кто ее сделал?

 - Мой учитель.

 Эфроим удивился, все кто приходили посмотреть его работу, думали обычно, что сам Эфроим - автор мозаики. Он не припомнил никого, Елена оказалась единственной, кто увидел в этой работе "чужую руку".

 - Почему ты сделала вывод, что не я собрал эту картину?

 - Потому что... - Елена осеклась.

 - Говори. - Эфроим по доброму кивнул.

 - Она отличается от тех, что вокруг, от всех других, - Елена обвела взглядом комнату.

 Им не удалось договорить. В мастерскую вошли Александр и Деметрий.

 - Елена, мы ищем тебя. Ты хотела, чтобы мы пошли с тобой в город, - чуть строгим тоном сказал Александр.

 Эфроим решил смягчить македонца.

 - Это я увлек ее сюда, - сообщил Эфроим. Потом он подошел к Александру ближе и протянул ему обломок камня, который все еще держал в руке. Он поднял кусочек на уровень глаз македонца. - Ты спрашивал утром, какой камень выбрать. Этот. Возьми его. Мне будет приятно.

 Мужчины увели Елену, Эфроим постоял около красочного панно Афродиты и пошел в свой угол работать.

 - Если твое внимание будет сосредоточенно на библиотеке, нам лучше поселиться ближе к ней, - сказал Алик шагая рядом с Эл.

 Эл с уверенной устремленностью шла в сторону библиотеки, словно заученным маршрутом.

 По дороге ониа едва разговаривали. К молчанию Дмитрия, как и виду, он еще не привык, Алик решил, что он умышленно устраняется от контакта. А им было что обсудить после их последнего разговора, о необходимости защищать ее, о ситуации вообще. Сейчас стоило уединиться где-нибудь и построить стратегию. Алик надеялся привлеч к охране Игоря. По его последним наблюдениям их дипломатичный друг был способен поддержать общую задачу не только словами и советом. Он проще, чем Алик, воспринял перемены в их жизни. Брак не сделал Игоря мягче или беззаботнее, качественный скачек, который случился еще в Вене, продолжился преображением его характера, а их симбиоз с Ольгой и проникновенность позволяли ему концентрироваться на деле и обрести помощницу в лице жены. Алик хорошо понимал, что ситуация стала слишком сложной, чтобы они могли позволить себе роскошь действовать по одиночке. Настало время объединить усилия.

 Его поразила та уверенность, с какой Игорь и Ольга поддержали эту авантюру с переходом. Они имели маленький опыт работы в разных временных условиях. Он опасался, что им будет трудноприспособиться, но ошибся. Друзья его удивили. Эфроим уже в Оле души не чает, Игорь быстро изучил город и занят тем, чтобы изобрести способ обозначить их присутствие. Он готов признать, что ему треднее, чем его друзьям.

 Последний год он ощущал тупик: в работе, в отношениях с Эл, в перспективах на будущее. Дмитрий переживал катарсис, Эл - последствия видения, Ольга и Игорь - перемену в отношениях, а его состояние было странным. Он опасался, что придется гнаться за событиями, но нет, новые возможности и обостренное чувство опасности, как на краю пропасти, заставили его снова собраться, будто он опять оказался на войне.

 В отстсуии общей стратегии действий он ощущал тревогу.

 - Эл, может ты пойдешь одна? - спросил он.

 - Солон просил привести мужчину. Я не пришла вчера, мне предстоит оправдываться, так что мне нужен один из вас. - Эл обернулась, осмотрела обоих.