Рэйким проигнорировал это заявление и повернулся ко мне:

– Линяла заявил, что у него есть ценная информация относительно убийства Гловер и Кардинал. Он хочет, чтобы в ответ мы помогли ему, проявив свою благосклонность. Его задержали по обвинению в проникновении в одну из квартир Шоу. Он попался, когда покидал дом через окно в обнимку с телевизором «Сони». Представляешь? Слинять ему на этот раз не удалось.

– Я не граблю трущобы. К тому же никогда не смотрю телевизор, Господи Боже мой! И не вижу пока никого из прокуратуры, с кем можно было бы заключить выгодную сделку.

– Сними-ка очки, – обратился я к Линяле.

Поскольку он не отреагировал на мои слова, пришлось помочь ему. По уличной поговорке, «его глаза напоминали могильные плиты». Я сразу понял, что от торговли наркотиками Альфред перешел к их употреблению.

Отойдя от него на пару шагов, я уставился на Линялу: молодой, но уже потерянный для общества парень. Злой и циничный.

– Если ты не грабил, то зачем тебе адвокат из прокуратуры? Это звучит бессмысленно, Альфред. Вот что я могу для тебя сделать, но только учти, что предлагаю я один раз. И если я уйду отсюда, не договорившись с тобой, то больше не вернусь.

Линяла промолчал, но насторожился.

– Если ты дашь нам информацию, которая поможет разобраться с убийством девушек, тогда мы подумаем, как снять с тебя обвинение. Я лично отправлюсь к начальству. Если же ты не захочешь со мной поделиться, то я попросту уйду, оставив тебя с детективами Пауэллом и Терманом. Такие благородные предложения делаются только один раз. Я обещаю, а, как известно моим коллегам, я всегда выполняю обещанное.

Линяла, в свою очередь, уставился на меня. Некоторое время продолжался поединок взглядов, но все-таки я был куда сильнее в этом, чем какой-то похититель телевизоров.

Молчание затягивалось, и тогда я просто пожал плечами и повернулся в сторону Пауэлла и Термана.

– Итак, джентльмены, я хочу знать, что ему известно об убийстве девушек. Когда вы с ним закончите, от нас ему ожидать нечего. Возможно, что он сам замешан в случившемся. Не исключено, что это и есть убийца. А вы знаете, что нам как можно быстрее надо закончить расследование. В общем, обращайтесь» с ним так, чтобы он сам поспешил убедить нас в своей непричастности.

Я сделал вид, что собираюсь уходить, и тут-то Линяла заговорил:

– Черный Ход. Он постоянно болтается в Даунинг-парке. Возможно, Черный Ход видел, кто все это сделал. Во всяком случае, он сам говорил, что видел убийцу. А как вы собираетесь помочь мне?

Уже выходя из камеры, я обронил:

– Условия сделки тебе известны. Мы ловим убийцу и занимаемся твоими проблемами.

Я сразу же узнал его: маленького роста, с козлиной бородкой, он, тем не менее, был великолепным баскетболистом. Иногда, чтобы пофорсить, он играл в тяжелых рабочих ботинках вместо кроссовок. Как раз сегодня он обулся в рыжие грубые строительные штиблеты. Наряд его состоял из линялой черной нейлоновой куртки и таких же штанов, собранных в гармошку у щиколоток.

Баскетбольный матч шел полным ходом. Игра была стремительная и динамичная: по уровню что-то среднее между командой колледжа и профессиональным коллективом. Площадка тоже была на уровне. Утрамбованный черный щебень с белой разметкой, металлические опоры щитов и корзины с цепочками вместо сеток.

Игроки еще двух или трех команд толпились вокруг, дожидаясь своей очереди сразиться «на победителя». Повсюду пестрели шуршащие нейлоновые костюмы «Найк». Площадку огораживал высокий сетчатый забор на столбах, превращавший ее в подобие клетки для хищников. При нашем появлении взоры всех присутствующих, включая и самого Букера, обратились в нашу сторону.

– Мы следующие! – рявкнул Сэмпсон.