— Изначально клубы представляли из себя места, в которых интересующийся конкретным направлением псион мог получить совет и помощь, поспарринговаться, обменяться опытом и всё подобное тому. Это и сейчас основное направление нашей деятельности, но… не единственное, так скажем. — Если мне сейчас представят очевидные истины, я расстроюсь. — Во-первых, большой акцент сделан на формировании новых связей между перспективными студентами. Клубы проводят регулярные встречи, небольшие турниры и игры, что способствует расширению круга общения их членов. Из всего списка каждый найдёт себе что-то по душе. Спарринги по правилам ежемесячного турнира, вечера чтения, лекции от приглашённых преподавателей, экскурсии в необычные места вроде поместий дворянских родов или, как было недавно, гвардейской базы — всего не перечесть…

Что ж, по всей видимости, дворянская самодеятельность сильно отличалась от «обычной», ибо перечисленные возможности — это сильно. И интересно.

— Во-вторых, именно клубы получают максимум преференций от руководства академии. Происходит это за счёт лучшей организации и дополнительных средств, выделяемых имперским фондом высокого образования. Например, наш клуб периодически слушает дополнительные лекции от сильнейших криокинетов. Общие лекции они, конечно же, тоже читают, но ты сам должен понимать, сколь многое может дать опытный наставник десятикратно меньшей группе студентов. — Я согласно покивал, не став, впрочем, ничего говорить. Не хотелось прерывать эту «лекцию, нарушая умело сплетённый поток слов девушки, которую чисто физически хотелось слушать. Помнится, я называл Хельгу будущим преподавателем? Забудьте: Марина в этой роли смотрелась куда лучше. — В общем-то, 'дружественные» клубы нередко позволяют друзьям из других клубов присутствовать на «своих» закрытых чтениях.

— Но не все такое практикуют. — Вставил своё веское слово лидер «Мысли». — Собственно, почти все здесь присутствующие — участники этой инициативы. Остальные держатся особняком, делая упор на привлечение максимума знаний в свой закрытый круг.

— Не самая эффективная стратегия. Но с учётом того, что псионы крайне редко обладают способностями даже к трём направлениям… — Из здесь присутствующих именно я могу извлечь максимум пользы из союза, сугубо за счёт того, что мне нужно всё и сразу. — … я, в каком-то смысле, их понимаю.

— Выгода всё равно есть. Не всегда, конечно, но и отказываться от таких возможностей только потому, что в рамках ближайшей пары лет это не нужно… недальновидно. — Дипломатично закончила Орлова. — Что же до третьего пункта, то здесь всё достаточно очевидно. Сила. Клубы, что бы кто про нас не говорил, дают много возможностей, выходящих за рамки общей программы. Много навыков и знаний, в конечном счёте наделяющих своего обладателя невероятным могуществом. Для многих именно этот аргумент — решающий.

Мне не соврали ни единым словом. Разве что относительно уверенности в правильности избранного здесь присутствующими пути Орлова всё-таки поколебалась: видимо, клубам непросто было поддерживать союз и «делиться» лекциями, знаниями и секретами. Насколько глубоко эта дружба проникла — вопрос десятый, так как у меня и выбора-то особого не было. Куда я в принципе мог вступить? На что должен был делать упор? Точно не на криокинез. И не на магнитокинез, не на аэрокинез и не на биокинез. Выбор в принципе лежал между телепатией и биокинезом, но последний был едва ли полезен во всём, что не касалось выживания и долголетия. Физически стать сверхчеловеком, которому промоют мозги или обратят в ничто, раздробят, заморозят, истерзают или просто пристрелят? Нет, приоритет стоило отдать другому.