Прислушиваясь к своим ощущениям в телепатическом плане я невольно пришёл к тому, что женский разум — непредсказуем и хаотичен. Сколько я ни встречал людей за последние дни, но только девушки и женщины могли за доли мгновения погружаться в какую-то эмоцию и тут же выныривать из неё, не меняясь в лице. А уж их чудесная способность выходить из пике и вычерчивать страшнейшие эмоциональные пируэты — это что-то за гранью. Я бы уже свихнулся, происходи такое со мной, а они сохраняли адекватность. В какой-то мере.

— Ты хорошо себе представляешь теоретическую часть. Что такое разум и сознание, чем они отличаются у обычных существ и у псионов, какие существуют вариации структур разума и какие характерные признаки имеют…

Она всё перечисляла и перечисляла, буквально идя по перечню тем в основных учебниках теоретической телепатии, которые я прочёл от корки до корки. И остановилась только после того, как я дополнительно ответил на парочку вопросов с подковыкой: вроде того, с какими трудностями я должен столкнуться при работе с крысами. А у меня перед глазами даже не текст учебника, а осмысленная, проанализированная и обработанная информация, ставшая знанием.

Так что и ответил я абсолютно точно, без малейшей заминки.

— С разумами крыс сопряжена сразу пара потенциально опасных факторов. Первый — общий для всех существ, разум которых полностью развёрнут в физическом органе. Нам, псионам, с ним работать сложнее, чем с ментальным ядром, представляющим из себя куда более податливую энергию. Тем не менее, «физические» разумы проще поддаются поверхностным внушениям вроде проекции эмоций и желаний. — Сопротивление разума другого псиона можно было сломить, да и другой псион мог банально не сопротивляться, превращая прогулку по своему разуму в туристический круиз.

Плюс разумы псионов схожи по своей природе, и полностью изучив себя телепат уже обретал солидную, глубокую базу для работы с другими такими же сверхлюдьми.

Вот только с мозгами без ментальных ядер и полей всё было сложнее, ибо это мало того, что сложно устроенный и чувствительный орган, так ещё и «наполнение» его может кардинально отличаться от случая к случаю, полностью перекраивая всю «топографию». Интеллектуал, простой работяга, творческий человек, страдающий от психических расстройств сумасшедший — у всех этих «подтипов» разум был устроен по-разному, и подходящий для одного случая метод мог привести к стремительному разрушению личности в другом. И если псиона ещё можно было «залатать» в силу природы энергетической части его разума, то с мозгами так не выйдет. Но практиковаться на псионах начинающим телепатам строго воспрещалось, так что — бойтесь, мышки, вам я пришёл.

Тем временем я продолжал говорить:

— Второй потенциально опасный фактор — это уровень животных инстинктов, погружение на который может повредить телепату. Список возможных проблем варьируется от лёгкого недомогания и мигрени до полного уничтожения личности. Угрозу эту можно считать весьма условной, так как в здравом уме погрузиться до уровня инстинктов в чужом разуме невозможно. Следовательно, мне достаточно лишь следовать известным инструкциям и не выходить за их рамки без полного понимания того, что я делаю.

— Абсолютно верно. В целом, тебе уже можно выдавать материал и начинать отрабатывать конкретные навыки, но я бы хотела побеседовать ещё немного. Самую капельку. — Я кивнул. Торопиться было некуда, а на человека, который бы стал разговаривать на слишком уж отвлечённые темы сестра знакомой мне вспыльчивой юной леди не походила.