— Мы хотели узнать, где вы живёте! — Выдал второй, белобрысый парень покрупнее, держащийся куда лучше своих приятелей. А то они вообще растеклись, словно я обожаемое ими чудище, не иначе.

— А зачем вам это понадобилось, господа? — Вздел я бровь, уже плюс-минус поняв, кто они есть.

— Мы хотим знать о вас, господин Геслер, больше. Вы же первый псион-универсал в мире! И вы… — Я поднял руку, дабы остановить нашедший выход словесный поток совершенно незнакомого мне студента.

— Два момента. Первый — мне не нравится такое внимание. Второй — я плохой пример для подражания. Предупреждаю в первый и последний раз: завязывайте, пока не поздно, и всем будет хорошо. — Да, резковато, но так до них, возможно, дойдёт, что вместо чего-то нужного они занимаются фигнёй. А если это разовое помутнение рассудка, — притом массовое, — то и того лучше: одумаются и возьмутся за учёбу и тренировки. При том скорее за учёбу, судя по «мирным» цветам медальонов.

Не дав парням ничего ответить, я развернулся и столь же стремительно умчался к дому. Этот долгий день ещё не скоро, — субъективно, — подойдёт к концу, но оставшееся время стоит использовать с максимальной эффективностью… или удовольствием. Всё-таки учёба учёбой, а заменять «хочу» на «надо» у меня нужды нет. И я за это очень благодарен.

Себе, миру, псионике, ныне почившему Петру Таранову и стойкости своего разума.

Правда, на счёт последнего я был не уверен, ибо иногда казалось, что я всё-таки сошёл с ума…

Глава 12

Первая кровь

— Филин — Оку, Объект-1 дома. Объект-2 дома. «Последователи» расходятся, конфликта нет. Запрашиваю передачу поста смене, подтвердите. — Неприметный мужчина в похожей на студенческую форме стоял, опираясь спиной на «перегоревший» фонарь, и наблюдал за одним вполне конкретным коттеджем. За спину он не опасался: там «работала» страховка, да и сверху за ними наблюдали, благо техническое оснащение позволяло. Но тепличные условия не отменяли того факта, что в любой момент за головой первого объекта могли нагрянуть враги. Они уже дважды пытались проникнуть на территорию академии, и оба раза их засекали и уничтожали. Не без потерь, но даже просто прощупывать оборону отправляли не последних в плане силы и навыков псионов. Страшно подумать, какой мощи удар ждёт их впереди, и почему объект всё ещё держат здесь, а не на хорошо укреплённой базе. Но вышестоящему руководству всяко виднее, а задача полевых агентов — выполнять свою работу на отлично. Домыслы же этому никак не помогут.

— Око — Филину. Смену подтверждаю, расчётный срок — семь минут. Чёрная шляпа.

— Принято, Око. Филин ждёт Чёрную шляпу. — Со стороны сам факт ведения переговоров заметить было вполне реально, но несведущий человек едва ли смог бы что-то понять. Посторонних на территории академии не бывает, а то что мужчина бурчит что-то себе под нос, охраняя фонарь… Всякое бывает. Вся эта операция по защите объекта держалась в основном на том, что территория была своя, полностью подконтрольная и отменно защищённая. В противном случае оперативные группы охранения не держались бы на таком расстоянии, да и не состояли из двоек вида наблюдатель-страховка. — Что, неужто сегодня выдастся спокойная ночь?..

Последняя фраза была произнесена в никуда, так как передатчик Филин предусмотрительно отключил. На этой миссии инструкции не сковывали по рукам и ногам, так что полевой агент мог позволить себе некоторые вольности. Щёлкнула зажигалка, запалился кончик сигареты — и мужчина, не перестав подпирать столб, с наслаждением закурил. Окна второго этажа жилища объекта засветились тёплым жёлтым светом: прибытие объекта оживило дом, и прислуга наверняка засуетилась, начав изображать бурную деятельность и создавать видимость работы.