|
Я практически моментально сорвался с места и проехался по своим врагам неостановимым, тяжелобронированным катком, оставившим позади лишь оглушительный грохот звукового удара и трупы в виде мелкодисперсной кроваво-костяной взвеси. Там, где я пронёсся, не осталось ни асфальта, ни деревьев, сметённых страшной силы ударом, а разошедшаяся в стороны паровая завеса открыла вид на слегка пострадавшие домики «общежития»: их потрепало, но я искренне надеялся на то, что проживающие там студенты не совсем идиоты, и к окнам на звуки боя не побежали.
Тем более, что их разумы, в отличии от вражеских, пока не гасли. Если, конечно, не считать двоих из той троицы фанатов, которых мне было откровенно жаль. Именно один из них и стал «тревожным звоночком», вынудившим меня подобраться и обратить внимание на происходящее неподалёку. Тогда же враг и начал действовать, менее чем за пятнадцать секунд устранив практически всю мою охрану. Несколько человек выдержало первый удар, но судя по их отсутствию в непосредственной близости, состояние выживших оставляло желать лучшего, и меня, будь я слабее, уже убили бы. Но сейчас, оглядываясь назад и осознавая, что и как делают враги, я мог с уверенностью сказать: это не я оказался в ловушке с ними, а они — со мной. И на их беду, я не имею ничего против жестокого и беспощадного кровопролития… // Следующая глава уже завтра, как и почему — будет сказано там. Ну и экшен, конечно ;)
Глава 13 Очевидный финал
Дома остались в сотне метров позади, а вот псионы врага удаляться не спешили. Даже совсем наоборот: они преследовали меня, явно не собираясь отпускать добычу. После потери двоих товарищей, так хорошо подставившихся под мой каток, оставшиеся убийцы начали вдобавок к жажде убийства фонить ещё и ненавистью, а пробойщики, оказавшиеся на удивление сильными, ещё и досадой. Они ведь пытались мне помешать, но за счёт ускорения сознания я достаточно легко компенсировал все неудобства. Да и слишком стремительно я пошёл на прорыв, чтобы в меня как следует «прицелились» — наставник говорил о такой слабости пробойщиков и псионов в принципе. Обладая чудовищными возможностями, они оставались при этом людьми. Более умными, обладающими могучими и быстрыми относительно простых смертных разумами, но всё ещё людьми. Первый из вышедших на дистанцию эффективного, — по его мнению, — огня псион театрально взмахнул обеими руками, и начавший плавиться за секунду до того поваленный фонарный столб устремился в мою сторону облаком раскалённых, вытянувшихся в иглы капель. Земля под моими ногами в то же самое время зашевелилась и начала просаживаться, а пробойщики явно сконцентрировали усилия на том, чтобы я не мог одновременно и защищаться, и держаться в воздухе. По-отдельности каждая из угроз не представляла угрозы, но вот вместе, да с учётом других действующих лиц, желающих поквитаться за друзей, от которых даже для похорон ничего не осталось… Я и сам не понял, когда реальность вокруг остановилась по-настоящему. Виднеющиеся сквозь пар ярко-белые раскалённые иглы, застывшие прямо в воздухе пули из категории особых, предназначенных для поражения псионов, далёкий гул вертолётов, скорее всего даже своих. И страх, липкий, хваткий и проникающий в каждую клеточку моего разума. Я боялся. Боялся вновь застыть на века, боялся окончательно лишиться рассудка и в конечном счёте обратиться в ничто. Но было в моём разуме кое-что сильнее страха, у которого пока не было реальной опоры. И это — желание мести. Достойная ли это мотивация для человека, считающего себя вполне разумным? На мой взгляд — более чем. Всяко лучше простого стремления убивать или сражаться. Тут хоть какие-то обоснованность и смысл имеются, а там… глупость одна. Я тщательнейшим образом рассчитал свои дальнейшие шаги, подготовив контрмеры ко всему, что на меня уже обрушили, после чего начал осознанно замедляться. |
