Ну а нет — всем же будет лучше…

Псионика вновь выручила меня в быту, позволив подняться и сместиться к выходу из облюбованного нами помещения абсолютно бесшумно, не потревожив Ксению, за ночь вместе со своим спальником сместившуюся чуть не вплотную ко мне. В мой спальник не перекочевала — и на том спасибо. Но произойди это, и я всё равно был бы весьма доволен. Вот такие выверты сознания, не понимающего, чего именно ему хочется.

В коридоре меня встретил псион, поприветствовавший меня уверенным кивком. За ночь наше укрытие обзавелось дополнительным оборудованием и, насколько я могу ощутить, людьми, распределившимся по техническим помещениям полигона. Но больше всего их было на поверхности: словно военный лагерь разбили, натащив техники, солдат и обслуги. Псионов, опять же, было совсем немало, и среди них я почти сразу нашёл одну знакомую сигнатуру. Пленника-фотокинета. Детали я пока поведать не мог: слишком далеко, да и засилье разумов наверху не способствовало чтению эмоций одного конкретного индивидуума.

— Обер-комиссару Ворошилову доложено о вашем пробуждении. Он прибудет через несколько минут. — Отрапортовал наконец телохранитель, маска-шлем которого, похоже, мог наглухо перекрывать звуки. Потому что говорить-то он и раньше говорил, но ничего снаружи слышно не было.

— Хорошо. Я пока приведу себя в порядок, с вашего позволения. — Сказал — и проскользнул в типовую душевую-уборную на три кабинки и два трона. Избавившись от одежды, я разложил её на лавке и отправился в душ, за считанные минуты избавившись от грязи и пота, оставшихся с вечера. Я помогал себе теле- и пирокинезом, так что качество скоростной помывки было ни много, ни мало, а идеальным. С одеждой вопрос тоже решился как по щелчку пальцев: я избавил ту ото всего лишнего и не соответствующего структуре ткани, хорошенько прогрел и разгладил, получив чуть ли не новые вещи. Правда, ощущались они довольно необычно, да и пахли перегретой тканью, но это мелочи жизни, о которых я забыл, едва чистая ткань притёрлась к коже. Никогда не любил грязь, и вчера не почистился исключительно в силу обстоятельств и подозрительно сильного притяжения, исходящего от подушки.

Зато теперь я был чист, опрятен и готов к новым свершениям, какими бы они ни были!

… но скорее всего меня ждут впереди разговоры, разговоры и снова разговоры, приправленные угрозами, предложениями и вариантами выбора.

Появление «на горизонте» обер-комиссара не стало для меня неожиданностью, в отличии от хода проснувшейся Ксении. На первый взгляд, — да и не только на первый, — она просто направлялась в душевую, но со свойственной женскому полу импульсивностью девушка резко изменила траекторию движения, обняв меня со спины. И присутствие охранника, явно на нас покосившегося, её ничуть не смущало.

— Доброе утро. — Я частично обернулся, положив ладонь правой руки на беловолосую макушку. — Что-то случилось?

— Ты удивителен, Артур. — Тихо произнесла она. — Спасибо.

За что спасибо, если это из-за меня она оказалась посреди адского пекла — это вопрос десятый. Да и ответить я не успел: девушка отцепилась и скрылась за дверью просторной душевой и не только.

— Ничего, парень, когда-нибудь и до тебя дойдёт. — Совершенно неожиданно высказался телохранитель, поймав мой сердитый взгляд.