— Что тебе известно о псионике? — Его лицо вновь приняло безразличное выражение. Он оттолкнул стеклянный шар к краю стола.

 — Ничего. Что мне до всех этих ненормальных?

 — Исследования по псионике, — он выделил эти слова, — это то, в чем ты хотел участвовать.

 — О! — Я чувствовал, что мои уши горят.

 — Это все. Благодарю. — Он встал. Дверь была открыта. Я понял, что собеседование окончено. И что я его провалил.

 Я вышел тем же путем, что и попал сюда, отчаянно желая стать невидимым. Но этого я, конечно, не мог. Я прошел мимо остальных, как будто только что упустил свой последний шанс, и увидел их лица. Я почувствовал, что мое лицо начинает гореть.

 — Минуту!

 Я остановился и услышал, как Зибелинг спросил у сидящих, есть ли среди них телепаты. По очереди они отрицательно покачали головами и сказали: «Нет».

 Я обернулся и вновь посмотрел на него, опасаясь, что он увидит мое лицо.

 Он нахмурился и жестом пригласил меня обратно. Неожиданно мне захотелось быть отсюда подальше. Но вместо того чтоб уйти, я чуть не наступил на него, торопясь в кабинет, пока он не передумал.

 — Не воображай, что это что-то меняет, — сразу сказал он. — Ты здесь только благодаря своему высокому уровню сопротивляемости. Но я уделю тебе еще пару минут. Объединение Контрактного Труда потребовало вернуть тебя, если это тебе интересно.

 Я засмеялся, но мне было совсем невесело. Он как будто чего-то ждал.

 — Тебе даже не интересно, чем ты будешь заниматься?

 Я отрицательно покачал головой, отчасти потому, что он хотел, чтобы я кивнул, отчасти потому, что мне действительно было все равно:

 — Зачем? Кому я здесь нужен… Потому что никто даже не заметит, что меня нет.

 Все было обречено, по крайней мере, этот ответ стал моим последним выбором.

 Но он пояснил:

 — Эксперименты, которые мы проводим, включают в себя псионику — «разум над материей». Главным образом, это будет группа людей с необычными психическими способностями. Задачей является выработка методов контроля над такими способностями. Мы обучим тебя, как читать мысли, не становясь при этом сумасшедшим. Пока это все, что тебе положено врать.

 Я пожал плечами. Он щелкнул одним из рычажков на терминале, и дверь открылась. На этот раз — другая; я разжал руки.

 — Ты давно знаешь ту женщину, которая зашла сюда перед тобой?

 — Почему вы спрашиваете? — Я нахмурился.

 — Из любопытства. Она просила меня дать тебе шанс. Мне интересно — зачем.

 — Я видел ее впервые. — Я не знал, что еще сказать, и молча ждал, пока он не указал мне на дверь.

 — Туда. Тебе скажут, что делать.

 Глава 2

 Я прошел по другому коридору, который был совершенно похож на больничный.

 Постепенно напряжение в груди проходило и дышать стало легче. В конце коридора двое в голубых халатах восседали на краю стола для осмотра пациентов и играли в кости. Я остановился. Они переглянулись, перестали метать кости и сложили их в коробку.

 — Тебя послал Зибелинг? — спросил один из них, старик с бакенбардами, как будто я мог заблудиться. Я кивнул. — Что у тебя?

 Я осмотрел себя и вновь поднял взгляд, заложив руки за спину.

 — Я устал, голоден и меня тошнит от всего этого!

 Лицо старика выразило сперва непонимание, а затем раздражение.