— А помнишь, что сказал Гарран?

— Конечно. Лучше быть какой-нибудь крестьянкой или горожанкой, чем угодить в лапы этому вот… — Вора передернуло. — Но как ты… Ну… что ты будешь делать? Я умею кое-что, плотничать там, а ты как же?

— Я умею ткать, кроить, шить, вышивать, вязать, — был ответ. — Вот огородничать не умею, но, думаю, этому несложно научиться. И со скотиной никогда дела не имела. Впрочем, ты заработаешь на первое время, я полагаю?

— Да. А князь уже не обидится, если я обберу его карманы и карманы его людей, — пробормотал Вор. — И ты куда-нибудь слетать можешь. Лишь бы колдуны твоего отца не нашли…

— Не найдут. Этот… словно кожу с меня содрал, а с ней вместе — следящие чары. Больно было — не передать!

— Я…

— Ты прыгнул в колдовской огонь ради меня, — перебила Принцесса. — Поэтому я возьму тебя в мужья. И не беспокойся — удавка твоя сгорела там же.

— Я каторжник, помнишь?

— Конечно. И отличный вор. Ты меня отговорить хочешь, что ли? Не нравлюсь?

Он помотал головой, потом покивал, плюнул и сказал:

— Нравишься. Но я не представляю, как мы будем жить. Я давно забыл, каково в деревне, а ты…

— А я принцесса, — улыбнулась Лизелотта. — Не беспокойся, мне помогут. Я умею просить.

— У меня даже имени нет…

— Переведу с другого языка. Восьмой, да? Если подумать…

И с тех пор Вор звалсяв этим именем.

Дом нашелся в третьей по счету деревне, заброшенный, но еще крепкий.

И в самом деле помогали бестолковым молодоженам: то одна соседка учит сажать капусту, то другая — эту капусту солить. Лотта — так она теперь звалась, — взамен учила вязать и вышивать узоры, каких здесь никогда не знали.

Мужу тоже помогали — он не знал, с какой стороны взяться за этот дом, как забор укрепить, городской же!.. Ничего, приходили мужики, показывали, а дальше он уж разобрался сам, и инструмент купил лучше, чем у любого в деревне.

Со скотиной поначалу не заладилось, проще было купить яйца и мясо, чем самим возиться, а потом как-то кур завели, коз, ну и корову… Теперь, конечно, помощи если просили, то у них, а не наоборот. Они никогда не отказывали.

Поговаривали, что жена этого городского, бывает, улетает в дальние леса — может, колдовской узор вызнать, может, потанцевать с лесными духами. Ночью можно подсмотреть, только никому не удалось, хотя пробовали многие…

***

— Вот и вся сказка, — сказал дед.

— А Принцесса с Вором жили долго и счастливо?

— Долго — это уж точно, а счастье — штука такая… — уклонился от ответа дед, но ухмыльнулся.

— Неужто принцессу не искали?

— Искали, а что проку? Улетела и… хоть сотню колдунов зови, не найдешь.

— Вот уж, наверно, отец ее злился! — пробормотал соседский мальчишка.

— Для виду злился, а так вздохнул спокойно — никто не лезет, можно младшими заняться, к делу пристроить.

— А где она теперь, деда? — спросила внучка лукаво.

— Кое-кто сейчас розог даст позабывшим, что пора кур кормить, — негромко произнесла немолодая женщина, и дети кинулись в стороны. — Разбаловал ты их, Альгар!

— Разве? Я им рассказываю, как что было… Кстати, как тебе Нэл?

— Добрая и умная.