Мы возвращаемся домой, купив таблеток в аптеке, там меня очень активно берет в оборот отец.

Он уже обдумал, как следует, все услышанное от меня и хочет все-таки добиться своего, рассчитывая поймать меня на опрометчивых словах, которые все кажутся ему просто сотрясанием воздуха.

На самом деле, не хочет верить в мои рассказы, считает их просто выдумкой и юношеской блажью. Поэтому думает, как добиться своего, чтобы я для начала пошел в девятый класс и выбросил из головы идею о поступлении в ПТУ.

Хочет гордиться сыном перед знакомыми, а не стесняться того, что я не смог подняться выше в жизни, чем он сам. Такие вот непоколебимые понятия у его поколения, что служить офицером гораздо престижнее, чем где-то разливать пиво или хорошо ремонтировать обувь.

Зарабатывая при этом в разы больше, чем он сам, то есть, именно, что «делая» деньги, а не мантуля в промзоне на дядю.

Из пятидесятых-шестидесятых-семидесятых годов эти понятия, принесенные в теперешние восьмидесятые, воспитанные развитой пропагандой одного очень интересного теперь для историков социального строя.

Только, времена на дворе другие и понятие «сделать» стало гораздо престижнее, чем «заработать» или «заслужить». Однако, мои родители от такой жизни очень далеко, у них нет никаких знакомых в магазинах и КБО, никакого доступа к дефицитам, что выкинут в каком-то магазине или на что придет очередь — тому и рады. Просто и честно трудятся на своих производствах, как подавляющее большинство остальных советских людей.

Удалось все же большевикам воспитать такую общность — советский народ, правда, понятие это — оно больше именно к славянским народам относится.

У других народов все же немного не так, хотя, в игры с коммунизмом и его понятиями они играют гораздо изобретательнее, однако, всерьез его не воспринимают.

— Ну, хорошо, давай поговорим, сын. Раз уж ты стал такой большой и споришь с отцом, — начинает разговор отец.

— Подожди-ка, папуля. Позвонить мне нужно, — вспоминаю я, что после вчерашнего вечера щедрых поцелуев не стоит надолго оставлять Юлечку без присмотра, обязательно нужно подогревать отношения.

Девушка должна получать все, что положено такой известной в четвертой школе красавице от влюбленного не на шутку подростка, все эти признания и ласковые слова. С таким обхождением проблем не будет, намурлычу все, что ей требуется. Да и деньги завелись у меня нормальные, и на раскрутку хватит, и побаловать подругу можно.

Разговариваю пять минут, все сказал, как она хочет слышать, никаких мальчишеских глупостей и дерзостей, заодно договорился на прогулку в три часа дня. Еще намекнул на подарок к восьмому марта, погуляем по магазинам, возможно, ей что-то понравится. Если же такого не найдется, тогда можно вспомнить популярный лозунг:

— Книга — лучший подарок!

Книг у меня со Стасом много, спасибо попавшемуся очень вовремя под руку спекулянту. Есть возможность для маневра, тем более, он пока на распространении эротических материалов среди школьников плотно работает, насчет целевой реализации книг еще ничего не придумал.

Потом я сажусь напротив отца и слушаю его:

— Сын, мне кажется неправильной твоя идея уехать в Ленинград. Ты еще такой юный и неопытный, — ну и все в таком духе.

То, что именно я, наоборот, очень такой опытный, пока не стоит доводить до отца, не понятно, как он отнесется к тому, что в теле сына засел взрослый мужик, непонятно как туда забравшийся.

Да и опытный я, откровенно говоря, для своего времени больше, про жизнь в эти годы серьезно позабыл, тем более, доучился в комфортной атмосфере небольшого города до десятого класса, после чего так же легко перешел на государственное содержание в закрытую военную структуру.

Да, жизнь на улицах большого города для меня в новинку теперь окажется.