– Мы готовы, – сообщила Венди.

Фрэнк закрыл дверцу, винты снова взревели, и вскоре они устремились за ним – внутри пенного следа, который он оставлял за собой и который был похож на букву V. Ветер от его винтов соперничал с ветром бури, швыряя им в лицо мокрые пряди их волос. Было темно, почти как ночью. Вдоль берега автоматически зажглись фонари, снабженные фотоэлементами.

– А я хотела, чтобы он взлетел в воздух, – сказала Тара. – Вот было бы здорово.

– Не думаю, что самолет такой сильный, чтобы это сделать, милая.

– Мы бы тогда пролетели в этой лодке над холмами и прилетели бы в ней домой.

Кажется, они пересекли залив меньше чем за пятнадцать минут: на веслах они преодолели бы это расстояние за час. Фрэнк прикрепил самолет к своему бую у пристани и потом подтянул ближе их хрупкую лодку.

– Сумеете отсюда сами добраться до доков? – Ему приходилось перекрикивать рев шторма. – Мне придется забрать у вас свой фалинь, а то я потом не смогу добраться до самолета.

– Думаю, мы сумеем, – отозвалась Венди. – Спасибо вам большое!

Свертывая канат в бухту, он подтянул их поближе к самолету. Венди отвязала конец; мужчина дотянулся до ее руки и пожал ее.

– Фрэнк Раули, – представился он.

– Венди Мерритт. А это Тара.

Вот как Фрэнк Раули влетел в их жизнь.

Венди начала отдраивать чайник – он был слишком большой для посудомоечной машины. Вошел Фрэнк в своем парике. На этой неделе в «Чинуке» выступала их команда, играющая музыку шестидесятых, а он любил носить на сцене парик: тогда он походил прической на Джона Леннона. Так выглядели его волосы до того, как он почти все их потерял всего‑навсего в тридцатилетнем возрасте: он показывал ей фотографии.

– Едешь на свое шоу? – спросила Венди.

– Через минуту. Вещи уже в машине. Хотел тебе кое‑что показать. – Он вытащил из заднего кармана две бумажки. – Боб Тибо дал мне два бесплатных билета в «Волшебный мир» на ближайший уик‑энд: если точнее, на пятницу и на субботу.

– Как жалко, – огорчилась Венди. – В уик‑энд я не смогу, у меня конференция.

Венди предстояла традиционная осенняя конференция учителей. В пятницу все школы закроют по случаю дня повышения квалификации педагогов.

– Я знаю, детка. Но я хотел с тобой кое‑что обсудить. Я тут подумал – мы вместе уже восемь месяцев, и, по‑моему, мы с Тарой неплохо ладим друг с другом.

– Более чем неплохо, милый. Она от тебя просто без ума.

– Ты так думаешь? – отозвался Фрэнк; видно было, что он польщен.

– Она вечно хочет знать, где ты. Все время спрашивает, когда ты придешь домой. По‑моему, она до сих пор не очень верит, что ты настоящий. Наверное, она думает, что, может быть, ты исчезнешь, как другой ее папа.

– Я вот как раз и подумал… Нам с Тарой как‑то не выпадал случай заняться чем‑нибудь, что нас по‑настоящему свяжет: чтобы мы с ней были вдвоем, понимаешь?

– Но ты ее катал на самолете, и раза два вы ходили в поход. И еще этот круиз на «Принцессе Чиппеве».

– Верно. Но это все было – так, на пару часов. Думаю, будет славно, если мы проведем с ней вместе пару дней. Думаю, это может нас сплотить как следует, понимаешь? Настоящие папа и дочка.

Венди прислонилась к разделочному столу, сложив руки на груди. Мысль о том, что Тара уедет на два дня в другой город, обеспокоила ее. Ее дочь бывала в однодневных походах. Иногда ночевала у подружек. Но она никогда не уезжала из города без Венди.